Рич быстро пробежал глазами отпечатанные на компьютере колонки цифр. Курс акций «Биохима» и всех его ассоциированных компаний продолжал неумолимо снижаться, экономя тем самым с каждым часом миллионы долларов «Кэпитал корпорейшн». Два дня назад Максу Ричу удалось через своих людей опубликовать во всех ведущих финансовых изданиях в Европе и Соединенных Штатах короткие, но хлесткие сообщения о возможных серьезных финансовых неприятностях, которые ожидают «Биохим» в ближайшем будущем в связи с аварией на заводе в Асике и планами национализации ее предприятий в ряде других развивающихся стран. Как всегда, друзья-журналисты честно отработали свою зарплату. Эффект от этих публикаций не заставил себя ждать — все больше акционеров стремились избавиться от ценных бумаг «Биохима». И хотя Рич хорошо знал, что завтра курс акций «Биохима» упадет еще ниже, он, как опытный бизнесмен, понимал — ждать больше нельзя, надо начинать действовать. Поэтому он тут же продиктовал стенографистке текст телекса во все региональные отделения своей корпорации — в Лондон, Кёльн, Париж, Токио, Сингапур, Бомбей, Мельбурн — с указанием срочно скупить акции «Биохима» на указанную ранее сумму.
Для Мюллера-старшего, президента корпорации «Биохим», известие о том, что «Кэпитал корпорейшн» начала скупать его акции и обязательства, вначале не показалось чем-то настораживающим. Дело обычное — хотят инвестировать деньги, веря, что временные финансовые трудности «Биохима» вскоре закончатся и с ним можно будет легче договориться о совместных операциях или разделе рынка где-нибудь, скажем, в Юго-Восточной Азии. Но затем стало ясно — это очень серьезно.
Он хорошо знал, что стои́т за миллионами «Капитал корпорейшн» и откуда у этой еще недавно никому не известной не только среди публики, но и в кругу профессиональных бизнесменов корпорации вдруг обнаружились такие финансовые возможности. Поэтому, получив от президента «Капитал корпорейшн» Макса Рича послание ультимативного содержания, он понял, что, учитывая реальную обстановку (а она, о чем президент «Биохима» боялся признаться даже себе, была крайне неблагоприятной для корпорации), придется принять этот ультиматум.
Та информация, которой он располагал, свидетельствовала о неминуемом банкротстве по меньшей мере трех отделений «Биохима»: двух — в Латинской Америке и одного — в Африке. Да и судьба «Биохим (Азия)» висела на волоске. Слухи о намерении правительства национализировать завод в Асике все более подтверждались — видно, местный капитал решил пойти в наступление.
С такими мыслями Мюллер-старший вошел в круглую отделанную красным деревом комнату заседаний корпорации. Все члены правления, за исключением Ганса Мюллера, которого было решено не вызывать на заседание, уже расселись по своим обычным местам, молча перелистывая представленный на рассмотрение правления корпорации финансовый отчет за истекший год — документ, не оставлявший сомнений в том, что дела «Биохима» были в плачевном состоянии.
Мюллер-старший не стал придерживаться обычной процедуры ведения заседания, когда каждый из членов правления высказывал свое мнение относительно текущего финансового положения корпорации, а затем выступал с заключительным словом он — президент и, учитывая высказанные замечания, предлагал внести некоторые изменения в подготовленный заранее проект решения правления. Сейчас он первым взял слово и, остановившись коротко на тех трудностях, с которыми столкнулась корпорация, перешел к главному — отношениям с «Капитал корпорейшн».
Каждый из членов правления уже знал, что «Капитал корпорейшн» проявляет в последнее время явно повышенный интерес к «Биохиму» и в некоторых странах, скупив большой пакет акций, стала одним из главных акционеров ряда его дочерних компаний. Но никто не допускал и мысли о том, что эти гангстеры всерьез решили захватить контроль над материнской компанией. Поэтому сообщение Мюллера-старшего вызвало столь бурную реакцию членов правления, что президенту «Биохима» впервые за многие годы пришлось прибегнуть к председательскому молотку. В это время дверь в комнату открылась, вошел секретарь и положил на стол перед ним несколько телетайпных листков. Мюллер быстро пробежал сообщения — «Кэпитал корпорейшн» скупила уже почти 10 процентов пакета акций «Биохима».