- Вы любите ее? - спросила мать, перебив отца.
- Да, люблю, - сразу среагировал блондин, посмотрев влюбленно на меня и улыбнувшись, - Ваша дочь изумительна. Серьезность моих намерений определяется моим состоянием. Скоро будет готово мое загородное поместье, которое сможет стать тихим и спокойным родовым гнездом. На руке Кристалл не просто кольцо, а родовая реликвия рода Парвел, другие украшения из этой коллекции также перейдут в нежные ручки Кристалл.
Отец еле сдерживал смех, а вот мама все сбрасывала с щек слезы. Даже на этом примере видно, насколько они разные.
Отец никогда не настаивал на моем замужестве. Лишь иногда говорил, что не стоит с этим особо тянуть и так далее. Мама же... Для нее это чуть ли не цель всего ее существования: выдать непутевую старшую дочь замуж.
- Я даю согласие на помолвку, - папа кивнул и подмигнул нам.
Джеймс улыбнулся и чуть склонил голову. Если бы он был на одном "уровне" с нашей семьей, то сейчас ему и мне пришлось бы поцеловать руку папы. Но поскольку его семья стоит выше, а я теперь считаюсь невестой Джеймса - мы выше по статусу, чем мои родители. Вот такая вот глупость и абсурд феодализма.
- Я хочу украсть Вашу дочь на вечер. Вас нужно заверять в порядочности моих мыслей и помыслов? - спросил блондин, прикусив губу, чтобы скрыть улыбку.
Папа засмеялся, но быстро подстроил это под кашель.
- Я как сыну вверяю тебе Кристалл, - сказал он, махнув на нас рукой.
Мы поклонились и поспешно пошли в мою комнату, чтобы я успела собраться. Там мы не удержались и рассмеялись. Забавная это ситуация, конечно... И как же я рада, что у меня есть такой друг.
- Джеймс, а что, если все это мой хитрый план? - спросила я, вмиг сменив выражение лица на спокойное и прикусив губу.
- Что за план?
Блондин плюхнулся в кресло и сложил руки на груди, все еще весело улыбаясь.
- Ну как же, - я подошла к нему и села осторожно боком на колени, вызвав недоумение и интерес в его глазах, - Если я не уеду, ты же не сможешь разорвать нашу помолвку. Бах! И я в роду Парвел.
Я щелкнула друга по носу и засмеялась. Он поймал мою руку, слегка сжав в своей и с насмешкой на меня смотря.
- Тогда смотри, чтобы это не стало моим хитрым планом. Ты умная девушка, а, как известно, дети чаще всего наследуют интеллект от матери. Я всегда хотел большую семью с умными детишками. Будет у нас... ммм, пять погодок? - он слегка посмеялся и укусил мой палец.
Долго эта игра не продолжалась. Кира, моя младшая сестра, без стука решила зайти ко мне в самый неподходящий момент. И каково было ее удивление, когда она застала нас в таком положении. Она быстро закрыла за собой дверь, после чего послышались за не быстрые шаги и протяжное "Мааам".
Мы взорвались. Я чуть не упала с колен Джеймса, благо, он меня подхватил. Если бы хоть кто-то, кроме нас двоих, знал о том, насколько мы друг другу не нравимся, как парень и девушка... Никогда бы и мысли не возникло о наших любовных взаимоотношениях, если бы мы сейчас даже обнаженные так сидели.
Говорят, что не существует дружбы между мужчиной и женщиной. Что ж, наверное, это чистая правда. Наша дружба зародилась, когда мы были еще малышами 3-4 лет. Мы были мальчиком и девочкой, потом юношей и девушкой... Мы не начали дружить сразу в зрелом возрасте. Поэтому мы знаем каждый изъян, каждый промах друг друга. Вредные, противные привычки, мерзкие истории - все нам друг о друге известно, чтобы хоть какая-то волна романтики между нами могла пролететь. Мы слишком хорошо друга друга знаем.
Я искренне считаю своего друга красивым: только слепой, глухой и умалишенный сможет сказать иначе. Правильные, немного смазливые черты лица, слегка раскосые серые глаза, светло-русые густые волосы, высокий рост и просто превосходное телосложение. А еще и статус в обществе высокий. Очаровательная улыбка, глубокий голос - и все, это добьет любую искушенную в красоте девушку. Джеймс выглядит так, словно ангел сошел с небес. Иначе его и не описать.
Он искренне красивой считает меня. Блондин часто меня рисовал, рассуждал вслух о мягкости и красоте черт моего лица, о миниатюрности и хрупкости фигуры. Он называл меня ласково "рыбкой" из-за плавности перехода от плеч к талии, от талии к бедрам... Да, он один раз рисовал меня, когда я была лишь в тонкой сорочке, струящейся по телу. Но это не было сексуализацией, это было восхищением.
- Все, собирайся и дела твои решать будем. Нам еще нужно будет к портным заехать, подобрать в одном цвете наряды на бал. Все же по традициям быть должно, - Джеймс слегка подтолкнул меня, чтобы я встала с его коленей и пошла одеваться.
Я задерживаться не стала. Быстро и тепло оделась, волосы вобрала в тугую прическу и через минут 15 уже стояла готовая перед другом. Он кивнул мне и подошел к комнате, открыв дверь.