- Просто он тебе действительно нравится. Вспомни, как ты цепенела, как только видела нашего соседа Паркера. Ты точно также забывала, как ходить, разговаривать и вообще день или ночь на дворе.
- Мне было двенадцать.
- Какая разница, - отмахивается Сара, но потом принимает серьезный вид. – Поговори с ним. Не надо прятаться, если ты считаешь, что сделала что-то не так. Он ждал тебя сегодня возле класса, и я не думаю, что просто так. – она машет на стул напротив. – И теперь он и на обед не пришел. Он понял, что ты игнорируешь его, и, возможно, даже не понимает в чем проблема и также, как ты анализирует свои поступки.
Я вздыхаю.
- Думаешь, он считает себя виноватым, и думает, что чем-то обидел меня?
Она пожимает плечами:
- Это вполне возможно. Подумай об этом с другой стороны: вчера не только ты, но и он почти поцеловал тебя. А теперь ты не хочешь с ним разговаривать.
Я задумываюсь. Она права, он может чувствовать себя также неопределенно, как и я.
Я подскакиваю и собираюсь бежать куда угодно, чтобы найти Алекса, но не представляю, куда именно.
- Куда ты? – спрашивает Сара, но я уже несусь к выходу из столовой.
Достаю из кармана телефон и пытаюсь дозвониться до Алекса. Он отвечает после первого гудка.
- Где ты? – быстро тараторю я.
- Иду к своему шкафчику.
- Встретимся там, - бросаю трубку и несусь по коридору так быстро, будто за мной несутся демоны.
Пробегая мимо туалета, я слышу звук открываемой двери и тут меня окликают.
- Нина.
Я резко останавливаюсь и разворачиваюсь, радуясь, что я наконец-то его нашла, но в этот момент меня с ног до головы окатывает водой.
Нет. Это не вода.
Это дерьмо, смешанное с водой.
Покрывающее меня с головы до ног.
Я вытираю грязными руками лицо и в шоке открываю глаза, встречаясь взглядом с наглой ухмылочкой Люка.
- Твой любимый парфюм, Эванс? – он улыбается еще шире. – Аромат, скажет так, специфичный.
Я даже не могу открыть рот. Мой язык словно онемел. Вокруг стоят ученики и смеются, направив на меня телефоны. От запаха неизвестно чьих фекалий меня начинает тошнить, и надеюсь, что меня не вывернет прямо здесь перед всеми одноклассниками, что еще больше их рассмешит.
Люк подходит ближе и, морщась от запаха дерьма, говорит так, чтобы слышала только я:
- Я тебя предупреждал, дорогая. Это только начало.
Мое зрение затуманивается, и я смутно вижу, как в челюсть Люка попадает кулак, а затем перед глазами все чернеет, и я проваливаюсь в пустоту.
На грани обморока я чувствую, как сильные руки подхватывают меня и спасают от катастрофического падения с высоты своего роста.
6 глава
Я прихожу в себя в медицинском кабинете школы. Запах стерильности смешивается с запахом того, чем покрыта я.
Вся.
Я осматриваю свою одежду и, наверное, ее уже не спасти.
Как и меня.
За все годы в школе надо мной не один раз подшучивали, но это были безобидные приколы, на которые я почти не обращала внимания. Было неприятно, но не настолько, чтобы упасть духом.
Сегодня все по-другому. Люк растоптал всю мою уверенность в людях. Если его вообще можно назвать человеком. Он – дьявол. Его выходка определенно сойдет ему с рук, как только его папаша выпишет чек со множеством нулей.
Я поднимаюсь с кушетки и из груди вырывается стон отчаяния.
На ватных ногах выхожу из мед комнаты в кабинет медсестры.
Она видит меня и пытается улыбнуться, но какая тут может быть улыбка, когда я стою перед ней в таком виде? Она вымученно улыбается, встает, берет полотенце и жестом предлагает идти за ней. Хорошо, что она ничего не говорит. Я и так хочу сгореть от стыда, смущения и бессилия.
Медсестра провожает меня в санитарную комнату, вешает полотенце на крючок и машет в сторону душевой.
- Пока приведи себя в порядок, а я найду тебе что-нибудь из одежды.
Я киваю, потому что ни на что больше не способна. Дрожащими руками снимаю с себя грязную одежду, и она грязной кучей падает вниз, похожее на кучу дерьма, которым, собственно, и является.