Урок первый: ·· < ···; · < ··; ··· < ····; что должно означать: два меньше трех, один меньше двух, три меньше четырех и т. д.
Урок второй: ··· > ··; ···· > ···; ····· > ··.
Перевод, вероятно, уже понятен: три больше двух, четыре больше трех, пять больше двух.
Затем идет знакомство с понятием равенства, сложения и вычитания: два равно двум, один плюс два равняется трем, три минус один равняется двум. Следующий цикл посвящается натуральным числам, записанным по двоичной системе, после чего уже нетрудно перейти к логическим построениям: «и», «или», «если… то…»
а > 100 а > 10
Если а больше четырех, то а больше двух (в двоичной системе: 1 = 1, 2 = 10, 3 = 11, 4 = 100).
Большую трудность представляют вопросительные предложения. Г. Фрейденталь предлагает такой вариант: для какого x, x + 2 будет равняться семи? Если x + 2 = 7, то x = 5.
Подобным же образом вводятся абстракции (множество), указательные местоимения (тот… который…), временные и пространственные представления (продолжительность, секунда, перед, после и т. д.).
Этого достаточно, чтобы изложить алгебраические понятия. Значительно сложнее перейти от них к языку, позволяющему передать сведения о жизни и социальном устройстве нашей планеты. Знакомство с «гуманитарной» частью линкоса предполагается осуществлять путем передачи диалогов между людьми H (Homo — человек). Каждый из разговаривающих получает индивидуальное имя: Ha, Hb, …Hn. Кроме того, вводится глагол «говорить» Inq (inqnit — говорить). В первую очередь диалоги должны познакомить со словами: «считать», «вычислять», «доказывать», «знать», «замечать», «хорошо», «плохо». Чтобы смысл слова «хорошо» стал вполне понятен космическим собеседникам, должно быть передано несколько десятков различных примеров.
Знакомство со словом «знать» предполагается осуществить путем передачи следующих сообщений: «Hc не знал, сколько простых чисел меньше 1024, когда он их посчитал, он это знает. Перед тем как Hd провел вычисление, он не знал результата задачи. После вычисления он его знает».
Очень много «поведенческих» понятий позволяет ввести в линкос знакомство с математической теорией игр. Она помогает объяснить такие слова, как «выигрыш», «проигрыш», «деньги», «долг».
А можно ли будет с помощью линкоса передать инопланетным корреспондентам лучшие образцы поэзии? Я в этом не уверен. Думаю, что результат окажется гораздо хуже, чем у того обрусевшего немца с Поволжья, что по своей необразованности и серости стал переводить на русский язык А. С. Пушкина, изданного в Берлине на немецком языке.
Молодой граф де Труа понуро ехал за гробом своего отца. Его отец, еще совсем нестарый человек, всегда отличавшийся изрядным здоровьем, скоропостижно скончался в пути при весьма таинственных обстоятельствах. Все понимали, что граф был отравлен, и, хотя прямых доказательств не было, юноша не сомневался, что это дело рук его кузенов.
Траурный кортеж уже приближался к владениям графов де Труа, когда раздался выстрел и молодой человек упал на землю, обливаясь кровью. Предательски посланная пуля пробила кость черепа и проникла в мозг. Казалось, его часы сочтены. Однако через десять дней после искусной операции юноша встал с постели, а еще через неделю уже мог сесть на коня.
Молодой де Труа казался физически вполне здоровым, но навсегда утратил способность понимать речь. Нет, он не оглох. Юноша откликался на стук в дверь, узнавал голоса птиц и мелодии песен, даже сам мог подпеть, но абсолютно не понимал того, что ему говорили. Этим обстоятельством немедленно воспользовались кузены, добившись через суд признания его умалишенным и учреждения над ним и его обширным имением опеки.
Описанное событие произошло в XVI веке. В те времена сумасшествие молодого графа де Труа ни у кого не вызвало сомнений. Сейчас врач назвал бы это заболевание сенсорной афазией, недугом, проявляющимся в неспособности понимать человеческую речь, но не сопровождающимся заметным понижением умственных способностей.
Все формы нарушения речи связаны у правшей с повреждением левого полушария. Как уже говорилось, первым обратил на это внимание П. Брока. Свои выводы о локализации речевых центров он сделал, основываясь на наблюдении всего двух больных. Оба поступили в клинику для лечения хирургических заболеваний ног, в данном случае заболевания второстепенного. Первый из них в течение 21 года был лишен речи. Он мог сказать только «tan» (пора) да выругаться «Sacré nom Д…» (черт возьми). Второй располагал пятью словами, но и их произносил весьма искаженно: «oui» (да), «non» (нет), «trois» (три), «toujour» (всегда), «Lelo» (собственная фамилия, искаженное Lelong).