Читать онлайн "Тайны подводного Каспия" автора Тюдор (Гасанова) Элизабет - RuLit - Страница 1

 
...
 
     


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 « »

Выбрать главу
Загрузка...

Тюдор Элизабет (Гасанова Лала)

Тайны подводного Каспия

Элизабет Тюдор

Тайны подводного Каспия

Посвящается светлой памяти

лауреата Государственной премии

Азербайджана, доктора архитектуры,

профессора Давуда Ага оглы Ахундова

Г л а в а 1

ВСТРЕЧА БАКУ. ЛЕТО 2166 ГОДА

Начинается Баку.

За спиною - Мардакяны.

Утро. Лето. Рано-рано.

Ветерок прилип к виску.

У машины на бегу

лихо крутятся колеса.

Лоб о солнце укололся.

Начинается Баку.

Все видавший на веку,

на одном глубоком вдохе

для сегодня, для эпохи

начинается Баку.

"Начинается Баку..."

Римма Казакова

- Добро пожаловать в Баку. К услугам приезжих в аэропорту ***

предоставлены следующие услуги... - стюардесса монотонным голосом

начала осведомлять об условиях местного аэропорта.

Речь ее была хорошо вызубрена, но мало кто в салоне вообще придавал значение этой информации. Наибольший интерес у пассажиров вызвала посадочная полоса с разноцветными большими огнями. Временами среди приезжих слышалось недовольное роптание на медлительность работы служб аэропорта. Новоприбывшие с нетерпением ожидали открытия двери салона и освобождения их после многочасового полета.

И лишь одному из пассажиров были чужды эти ощущения. То был долговязый, светловолосый мужчина лет тридцати с отпечатком проницательности и ума на бледном лице. Его задумчивые серые глаза внимательно, но как-то отстраненно смотрели в иллюминатор. В манере держаться у него не проглядывались торопливость и раздраженность. Он был настолько поглощен собственными мыслями, что не замечал суеты, царившей вокруг него. - Мистер, салон уже пуст. Остались только вы, - обратился к рассеянному пассажиру бортпроводник.

Извинительно улыбнувшись, Александр Чемберлен проследовал за мужчиной к выходу. Получив свой багаж, он направился в зал прибытия, где его ждал профессор археологии Джафар Новрузов. Завидев его, приезжий торопливо зашагал к нему навстречу. - Почему так долго, Алек? - пожимая протянутую руку, тревожно спросил встречающий. - Я забеспокоился. Надеюсь, полет прошел без происшествий?

- Да-да, все в порядке, Джафар, - улыбаясь, сказал тот на

азербайджанском языке с заметным английским акцентом. - Я просто

задумался и не заметил посадки.

Джафар Новрузов сильно отличался от своего друга. Он был среднего роста, крепким и широкоплечим, с покрасневшим от загара лицом, темными волосами, пышными усами и черными лукаво-простодушными глазами. Друзья не были похожи ни внешностью, ни характером. Сдержанный, кроткий и умеренный во всех отношениях Чемберлен не был подвержен спонтанности идей, ярким эмоциям, и выглядел немного "пресным" по сравнению со вспыльчивым, непримиримым и целеустремленным Новрузовым, который при всем своем сложном нраве был к тому же и рассудительным. Манера одеваться последнего являла простую линию вкуса, он предпочитал удобство новизне, и в какой-то мере был консерватором. В Чемберлене же проявлялся дух англичанина, одежда которого хоть и была скромной, но в то же время не лишена особо строгого лоска.

Как и всякий азербайджанец, Джафар был отзывчивым, радушным и гостеприимным человеком. Он был на восемь лет старше Чемберлена, но эта довольно значительная разница в возрасте не помешала им завязать крепкую дружбу. Знакомство их состоялось на Всемирной сессии историков в Страсбурге. В течение двух последующих лет они неоднократно встречались в Баку и в Лондоне. Их объединял общий интерес - история древней Мидии. Интересы Чемберлена, как доктора авестологии, были тесно связаны с историей этого древнейшего царства, у Новрузова же все обусловливалось его профессиональной сферой деятельности.

Очередная встреча друзей была устроена по инициативе Чемберлена. Обнаруженное при археологических раскопках под одной из надгробных плит в городе Габала письмо, написанное на бычьей шкуре, вызвало интерес лингвистов всей Европы. Появилось предположение, что записи эти являлись частью Авесты, древнейшей религиозной книги зороастрийцев*. Как только появилась гипотеза, что данная археологическая находка является новой, неизвестной современному миру частью наска** священной книги, ее передали для изучения авестологам. Ведущим авестологом того времени был англичанин Александр Чемберлен, которому и поручили данное изыскание.

______________ * Зороастризм - религия, распространенная в древности и раннем средневековье в Ср. Азии, Азербайджане, Афганистане, Иране и ряде стран Бл. и Ср. Востока. Сохранилась у парсов Индии и гебров в Иране. Название по имени пророка Зороастра (перс. Заратуштра, Зардушт). ** Наска - одна из 21 книги Авесты.

После продолжительной и кропотливой работы доктор авестологии докопался до сути написанного. Результат исследования вызвал сенсацию среди научных работников. Расшифровав кодировку, Чемберлен обнаружил, что текст, нанесенный на бычью шкуру, не является частью религиозной книги, но указывает местонахождение подлинника этой книги, некогда написанной рукой пророка. В прежние века ученые расходились в воззрении: была ли вообще Авеста написана основателем религиозного учения, или ее запись осуществилась много позже его смерти. Однако в последние годы ученые сошлись во мнении, что такая запись была осуществлена, но в результате многочисленных войн была утеряна и вероятнее всего подверглась уничтожению противниками зороастризма.

Необыкновенная находка в габалинской гробнице пролила свет на темные стороны истории.

Узнав эту сенсационную новость, директор Института археологии и этнографии Академии наук Азербайджана принял решение учредить раскопки. Для участия в проекте были привлечены специалисты из различных стран мира, а возглавлял группу ученых профессор Новрузов.

После теплого и радушного приветствия ученые проследовали на стоянку, и как только багаж был размещен, машина выехала из зоны аэропорта и покатилась по скоростной автомагистрали в направлении города.

Сумерки начали рассеиваться в предрассветном свете, но искусственное освещение по-прежнему работало. Город ожидал нового дня, чтобы проснуться и зажить своей обыденной и насыщенной многочисленными событиями жизнью.

Новоприбывший, подставив лицо ветру, наслаждался прохладой летнего утра. Он был в Баку лишь несколько месяцев назад, но даже за этот сравнительно малый период в столице появились заметные изменения. Город дышал, пульсировал, развивался и расширялся с каждым днем. Население столицы росло, потребительские услуги повышались. Строительство стало одним из самых прибыльных видов индустрии после торговли нефтепродуктами страны. Город преобразовывался и стремительно продвигался вперед в своем развитии. Неожиданный прорыв столицы одного из кавказских государств и соперничество ее с некоторыми высокоразвитыми городами европейских стран вызвало к ней огромный интерес туристов и бизнесменов.

С большим пристрастием и любовью созерцая город, Чемберлен едва мог сосредоточить свое внимание и корректно ответить на вопросы, задаваемые спутником. - Знаешь, Джафар, каждый раз приезжая в Баку, я нахожу его совсем другим. Он меняется с такой стремительностью! - Тебе так только кажется, Алек. Жизнь в нашем городе всегда была ординарной, медлительной и даже немного скучноватой. - Ты так говоришь потому, что живешь здесь, а для приезжего, пусть даже он был здесь с десяток раз, этот город предстает совсем другим. Каждый раз я нахожу здесь для своего внимания совершенно новый объект, новую деталь, которую прежде не мог разглядеть. Баку рождает новые сюрпризы и радует глаз туриста. Город старого-нового, в котором живут, совершенствуются и, слившись воедино, предстают взору экстраординарные стороны культуры Европы и Азии.... Признаюсь, я просто влюблен в Баку и жалею, что не родился здесь. - Так переселяйся жить сюда, - предложил собеседник. - Нет, это будет не одно и то же. Можно заболеть духом Баку, можно поселиться здесь, но мне никогда не представится возможность с гордостью сказать, что я бакинец. Знаешь, уезжая на родину, я чувствую ностальгию по Баку.

Водитель улыбнулся. - Честное слово, я влюблен в этот город больше, чем в Лондон. Эти две столицы как два города на разных концах мира. Один унылый, промозглый и сырой, а другой веселый, солнечный и приветливый. - Алек, ты уже с полчаса говоришь только о нашем городе. Может, немного поговорим и о делах? - Дела-дела, - неохотно отмахнулся Чемберлен. - Кому нужны дела, когда пред тобой долина света и огня? Будь у меня хоть немного поэтического таланта, я написал бы оду Баку. - Ну вот, приехали, - недовольно проворчал профессор. - Я ему о делах, а он о поэзии. По-моему, так пусть каждый занимается своим делом.... На завтра назначена встреча с учеными, а наш ведущий авестолог размечтался о стихах. - Ничего не могу с собой поделать. Когда мое восхищение чем-нибудь доходит до критического предела, у меня проявляются творческие наклонности. Но поверь мне, эта моя страсть к поэзии еще никогда не мешала моей профессиональной деятельности. - Ты обиделся? Вовсе нет, - усмехнулся гость. - Просто в последние месяцы я настолько был поглощен работой, что мне не хочется говорить сегодня на эту тему. - Ну, ладно, будь по-твоему, - уступил добродушный профессор. - Поговорим об этом завтра. Сегодняшний день мы посвятим поэзии и Баку...

     

 

2011 - 2018