— Это же не только в политике, — поддержал его Эд Кинг, — то же самое в бизнесе. Они захватили торговлю, и купля-продажа наших товаров зависит от них. Поэтому моя сыроварня перестала приносить доходы. Я конечно, восстановлю свое дело в Техасе, построю новую.
— А эти янки когда-нибудь уберутся с Юга? — спросила Элли.
— Завоеватель никогда добровольно не откажется от захваченного, — отозвался Эд Кинг. — Они швырнули нам эту подачку — Акт об амнистии, — но он мало кому помог на Юге. Почти все восприняли его как издевку.
— Я понимаю, что вы хотите сказать, Эд! — вступил в разговор Джеймс Виггинс. — Те, что были чиновниками или имели состояние до войны, должны теперь словно милостыню просить и получать подачку от президента. Я не хочу клянчить у этих янки, унижаться перед ними.
— Мы могли бы выиграть войну, если б не были джентльменами. Джеф Девис вел себя слишком благородно, да и все мы… Если бы мы ринулись на Север, пока Эби Линкольн не набрал хороших генералов и не обучил свои войска… Надо было напасть, пока они были слабы. А потом они набрались сил.
— Янки не имеют никакого права задирать нос перед нами и третировать нас за то, что у нас было рабство! — раздраженно бросил Дэниэлс. — Они словно позабыли, что у них тоже было рабство еще в 1805 году. Потом у них начала развиваться промышленность, и они отказались от рабов — негры не умели работать на фабриках, фабричными рабочими стали белые. А мы по-прежнему жили доходами с наших плантаций, и негры нам были нужны, чтобы их обрабатывать. Мы не могли отказаться от них! А они распушили перья и потребовали уничтожения рабства как такового в 1830 году. Провозгласили себя защитниками негров. Я не знал ни одного джентльмена с Юга, который бы бил и калечил своих негров, с чего бы это портить свою собственность! Негры стоили слишком дорого, чтобы их бить и калечить, и южане обращались с ними без всякой жестокости. А мне вот искалечили ногу в тюрьме, куда меня бросили северяне. Янки не имели никакого права лишать нас нашей собственности. Отмена рабства была только предлогом, чтобы нас подавить и разорить. Они — наши враги, они ненавидят нас. Считают нас глупыми и отсталыми, смеются над нашей тягучей южной речью…
— Пламя ада! — снова взорвался Браун. — Да им наплевать на этих африканцев. Янки уже нарушают их права, которые прежде защищали с барабанным боем.
— Все началось с Миссурийского компромисса в 1850-м, — сказал Эд Кинг. — Мы не должны были идти на это. Нелепое дело раба Дреда Скотта… Ну а когда началась блокада и захват северянами наших территорий, то даже те южане, у которых и рабов-то не было, поднялись на защиту своего Юга. Мы должны были выступить!
— У нас есть президент, конституция и Конгресс, — сказал Дэниэлс, — но они ничего не делают для нас. Мы имеем больше оснований быть верными Югу, а не Союзу Штатов.
— Как хорошо было раньше: Север далеко, сам по себе, и нам не было до него дела. А потом железные дороги и телеграф приблизили нас к ним, и они стали лезть в наши дела. Проклятый прогресс!
— Ты прав, Эд, — заметил Джеймс. — Они стали кричать о том, что необходимо отменить рабство, а на самом деле они просто завидовали богатству и изобилию нашего края. Рабство было предлогом, они хотели сокрушить нас. Они даже поддержали этого ужасного негра Джона Брауна, который кровожадно напал на белых в Харперс Ферри.
Вступил в разговор спокойный Сэмюель Джексон:
— Я читал документы и знаю точные цифры: всего триста пятьдесят тысяч из шести миллионов владели рабами; менее двух тысяч имело сотню и более рабов, большинство владели четырьмя или двумя-тремя.
Снова заговорил человек, лицо которого Джинни не могла разглядеть:
— Во время Гражданской войны Джорджия держалась благодаря своим железным дорогам, порту и трем арсеналам, но Шерман все разрушил. Он даже взял в плен Джеффа Девиса в Ирвинвилле.
— Шерман, этот ублюдок, его бы расстрелять надо! — выпалил Дэниел. — По его приказу солдаты северян творили жестокие дела. Немыслимо жестокие даже для военного времени!
— Хорошо бы он попался в руки Ку-Клукс-Клана, уж эти парни расправились бы с мерзавцем, расстреляли на месте. В Алабаме много ку-клукс-клановцев — мы скоро будем проходить по этому штату. Там Ку-Клукс-Клан и возник, и первая столица Южной Конфедерации была в Алабаме, в Монтгомери.