Четыре быстрых шага — и я выключила его, резко оборачиваясь, чтобы осмотреть комнату, сориентироваться во внезапной тишине и попытаться успокоить сердце. На столе стояла одна из бабушкиных антикварных чашек, на донышке которой остывал кофе. Рядом с ней лежала дешевая брошюра с картами дорог Оклахомы, которой я раньше не видела. К ней крепилась газетная вырезка с историей Дженнифер Куган.
Дверь в прачечную начала медленно открываться.
И внезапно в доме перестало быть тихо.
Комнаты заполнились леденящим душу воплем. Моим.
Вошел Джек.
— Какого черта? — рявкнул он.
— Ты специально меня напугал, — ответила я, пытаясь отдышаться. — Это ты настраивал радио?
Он странно на меня посмотрел, словно жалея.
— Это хорошая станция. Классическая. Из Далласа.
— Мамина любимая, — глухо сказала я.
— Радио было настроено на нее, когда я включил.
Он шагнул ко мне, и я отшатнулась.
— Есть что-нибудь, что тебя успокоит? Кроме бутылки «Ксанакса».
Ага, твой уход к чертовой матери из моего дома.
— «Доктор Пеппер».
Я рухнула в кресло, потому что ноги казались ватными. Милое лицо Дженнифер Куган улыбалось мне с газетного листа, намекая на мою слишком бурную реакцию.
— Я тут воспользовался твоим компьютером. — Джек протянул мне газировку. — Проверил газетные статьи. Мой источник из ФБР прислал информацию о девушке, которую убили в Оклахоме. Ты уже успокоилась, в состоянии слушать дальше?
Я кивнула, борясь с желанием врезать по его заботливому лицу и обдумывая возможность того, что он не просто гонял поисковик в моем компьютере. Большинство репортеров — черт, большинство людей — никогда не расстаются со своими ноутбуками или смартфонами. Я отчаянно попыталась вспомнить, что у меня там есть такого, что я не хотела бы ему показывать.
— Я подумал, что Дженнифер Куган могла оказаться жертвой мафии. — Он указал на газетный заголовок — ТЕЛО ЖЕНЩИНЫ НАЙДЕНО В ЛИТТЛ-РИВЕР. — ФБР вызвали почти сразу, потому что дело было необычным. Два агента из Оклахомы. Оба уже на пенсии. Дженнифер изнасиловали и застрелили в затылок, а затем сбросили сюда. — Он взял карандаш и обвел голубую загогулину Литтл-Ривер на карте. — К ней скотчем прикрепили шестифунтовые банки с кукурузой и готовым сырным соусом для начос, все из ресторана, где она работала. Одна была привязана к ноге, вторая к груди. Но, помимо этого, все в действиях убийц выглядит профессионально.
— Банка сырного соуса для начос, — жалко отозвалась я.
— Банки относятся к деталям, о которых прессе не сообщали. Убийца или убийцы сглупили, если думали, что банки утащат ее тело на дно реки. Мальчишки, отправившись на рыбалку, обнаружили ее через три дня после исчезновения. Тело застряло между скалами в узком заливе. Но дело в том, что девушка была никем. Самой обычной студенткой колледжа, подрабатывающей летом. Ни одного привода в полицию. Консервативная семья. Постоянная участница конкурсов красоты в старшей школе. «Мисс Национальный Тинейджер» в выпускном классе. Почти не путешествовала, не считая конкурсов и колледжа. Довольно мало девушек ее возраста ведут настолько безопасный образ жизни.
Слова о том, что Дженнифер Куган была «никем», многое говорили о Джеке.
— Как ты на самом деле добыл информацию? — спросила я.
Он вылил остывший кофе в раковину, явно игнорируя мой вопрос.
— Связей между делом Куган и делом твоей матери не обнаружено. Нам не стоит слишком рассчитывать на эти статьи. У твоей матери психическое расстройство.
Расстройства не было, когда она укладывала вырезки в ящик, подумала я. И когда это Джек и я превратились в «мы»?
— Значит, один из твоих источников в ФБР нашел эту информацию в старом деле? Деле Дженнифер Куган? И добыл ее за одно лишь это утро? — Голос у меня стал колючим от скептицизма.
— Я совершенно уверен, что убитая девушка и Энтони Марчетти никак не связаны между собой.
— А кто говорил, что связаны? — Забавно, что Джек тоже вцепился именно в дело Дженнифер Куган.
— Знаешь, Томми, мне лучше уехать. Похоже, я тебя… нервирую.
И ты уже вытащил из меня все, что только мог, подумала я.
Как только за ним хлопнула дверь, я бросила баночку из-под «Доктор Пеппер» в пакет под раковиной, куда складывала перерабатываемый мусор, и прошагала через гостиную по прямой, чтобы закрыть засов. На каминной полке стояла и манила меня бутылочка с лекарством. Я сжала ее в ладони и подумала, уже не в первый раз, зачем это лекарство прописали человеку, который ни разу в жизни не выказал и намека на панику.