— Даже не думай.
Он заставил меня встать, ткнул пистолетным дулом мне в спину, и я, спотыкаясь, зашагала вперед под приглушенные звуки автомобильных сигналов и стройки, от которой дрожал потолок над нами. Луи шагал в сосредоточенной тишине, толкая меня вперед по узкому тоннелю. Через несколько минут мы вышли в забитый ящиками подвал соседнего здания на противоположной стороне улицы.
Луи быстро нашел лестницу, прогнал меня на два пролета вверх, потом через дверь под ослепительное солнце, и мы тут же затерялись в толпе туристов на Мичиган-авеню. Я ощутила мгновенный и необоснованный всплеск злости на Хадсона, которому сама же не додумалась сообщить, что уезжаю из штата. Как он мог позволить такому случиться?
Луи сжал мою руку и потянул меня вперед сквозь стену чужих спин на переполненном тротуаре. Что случится с Мэдди, если я сбегу? Что случится с ней, если я не стану сопротивляться?
— Что ты хочешь от меня узнать? — отчаянно спросила я, спотыкаясь. — Скажи мне хотя бы это.
— Не притворяйся, будто не знаешь. Мамы с дочками треплются обо всем.
— Ты собираешься меня убить? — Я намеренно остановилась у витрины, притворяясь, что разглядываю сумочку от Луи Виттона, красующуюся на подставке, словно редкая скульптура да Винчи, рядом с ценником в тысячу долларов.
— Заткнись! — на этот раз он шипел, и женщина, проходящая мимо, прожгла его взглядом. Ко мне, его «девушке», которую обижали, она явно прониклась симпатией.
— Вам не нужно все это терпеть, — быстро сказала она. — Есть места, где вам помогут.
— Не лезьте не в свое дело, леди. — Он сжал пальцы у меня на руке, оттаскивая прочь. — Пошли, здесь мы переходим.
На самом деле я сама собиралась побродить здесь, в парке Миллениум, самом горячем туристическом месте, известном потрясающей акустической эстрадой, похожей на инопланетный корабль. Я, конечно, жалела, что первый взгляд на скульптуру «Боб» пришелся на момент такого стресса, но она все равно восхитила меня: сто десять тонн сияющей нержавеющей стали в форме гигантской почки. Синее небо, парящие облака, городской пейзаж, крошечные фигурки зевак — все это отражалось в ней, искажаясь волшебным образом.
Но что восхитило меня больше всего — глядя на «Боб», я могла бы поклясться, что заметила в толпе обладательницу розового костюма, стоявшую где-то за пятьдесят зевак от нас. Розовые костюмы могли обладать в Чикаго той же популярностью, что и красные сумки «Американ Герл», но надежда, глупая и иррациональная, снова вспыхнула во мне.
— Мать твою, хватит вертеться, — рявкнул Луи, оглядываясь через плечо. — Шагай. Вот сюда.
Мы оказались рядом с двадцатью другими людьми под самым изгибом «Боба», глядя вверх на наши отражения. Я казалась себе очень далекой. И тонкой. Как грустная картофельная палочка.
— Видишь, как все просто? — тихо спросил Луи. — Средь бела дня. У всех на виду. А представь, если бы я пришел к тебе в темноте.
Он притянул меня ближе.
— На этот раз я тебя отпущу. Но передай своей мамочке пару слов. Если она не будет держать язык за зубами, если ты не прекратишь копать, ваша маленькая Мэдди больше не сможет прыгать со своими подружками-чирлидерами.
Он собирался меня отпустить?
Воодушевившись, я схватила и резко сжала его хозяйство в паху, другой рукой пытаясь выхватить пистолет. Но его майка, промокшая от пота, так прилипла к ребрам, что мне удалось лишь протолкнуть пистолет глубже ему за пояс.
Я с выпускного класса ни разу так неуклюже не рылась в чужих штанах. Едва не сшибив с ног пожилую леди, я опрокинула Луи на асфальт.
— Господи! Здесь же дети! — сказал какой-то папаша, который явно видел нас в отражении и решил, что мы перешли к непристойностям. Он с отвращением отвернулся и потянул прочь двух своих маленьких дочек.
Луи дернул меня за волосы и ударил лицом об асфальт. На миг я увидела в кривом зеркале свое отражение.
А затем розовый. Благословенный розовый цвет.
Глава 20
Я очнулась на заднем сиденье машины, лежа затылком на коленях Хадсона Бэрда.
— Возьми телефон Луи, — прохрипела я, забарахтавшись. — Арестуй последнего, кому он звонил. Тот шпионит за Мэдди на роликовом катке.
Одним из лучших качеств Бэрда было то, что он не задавал ненужных вопросов. Он выскочил из машины, как только Розовая Леди скользнула на сиденье с другой стороны, и исчез так быстро, словно я заколдовала его.
— Отлично, вы в сознании, — сказала она. Я закрыла глаза, чтобы избавиться от психоделического эффекта ее розового костюма, и совершила большую ошибку, попытавшись встать. Голова кружилась, как снижающийся вертолет.