Николау был растроган, хотел что-то сказать, и увидел входящую Жулию. Ее он узнал сразу, видел на фотографиях. И Жулия сразу сообразила, кто такой этот красивый молодой человек. Поняла она и причину, по которой он оказался здесь, поняла, что Бетти нет дома.
Алекс увидел, что Николау хочет поговорить с Жулией, и пожелал всем спокойной ночи. Ушла к себе и Сели. Николау и Жулия остались одни.
— Я так мечтал познакомиться с тобой, с Алексом, а сейчас думаю, что все это не ко времени. — Он понурил голову и выглядел очень несчастным.
— Я не мастер давать советы, — осторожно сказала Жулия, — но мне кажется, что тебе стоит подождать. Бетти хочет пожить с нами, тем более что папа возвращается домой.
— Как? Неужели сеньор Отавиу очнулся? А я даже и не знал!
— Мы ждали этого восемнадцать лет, — торжественно произнесла Жулия. — Память у него до конца не восстановилась, но говорит он совершенно нормально.
— Поздравляю! От души поздравляю! У вас такая радость, а я тут тебе голову морочу. Ты уж меня извини! И сеньору Отавиу привет передай, я хоть его и не знаю, но очень люблю. И Бетти тоже.
— Будем надеяться на лучшее, — сказала Жулия. — Не отчаивайся.
— Попробую! — Николау постарался улыбнуться. — Хотя мне без Бетти очень трудно. Жулия, ты присматривай за ней, ладно?
Николау уже стоял у двери, и в глазах у него была такая мольба.
— Ладно, — улыбнулась Жулия. — Я рада была с тобой познакомиться. Ты и сам знаешь, что сестра у меня очень упрямая.
— Но я ее переупрямлю! — пообещал Николау. На том они и расстались.
Глава 11
Лидия еще раз внимательно просмотрела все результаты анализов, все тесты и сказала:
— Отавиу! Завтра вы поедете домой. Дальнейшее лечение может проходить в домашних условиях.
— Очень рад. Я прекрасно себя чувствую, сказал Отавиу.
Он сразу представил себе дом, в котором жил с детских лет, большой, просторный и обрадовался, что скоро увидит его. Он соскучился и по саду, и по прогулкам
— Вы сделали мне подарок, доктор, — сказал он, — я Вам бесконечно благодарен.
Лидия улыбнулась, она и сама была счастлива. Этот пациент был самым сложным из всех, но ее метод лечения оправдал себя, она достигла, поистине великолепных результатов.
Она позвонила Жулии, сообщила о выписке и попросила семью подготовиться к приему больного.
— У него еще долго будет щадящий режим, — сказала она. — Раз в неделю он будет приезжать ко мне на консультацию в больницу, потому что для полноценного анализа его состояния мне понадобится сложная аппаратура, а вы будете аккуратно давать ему лекарства, посмотрим, как пойдет восстановление памяти. За исключением этого, Отавиу совершенно полноценный и здоровый человек.
Разочарования Отавиу начались с одежды, которую ему принесла дочь. Он пристально рассмотрел костюм и с усмешкой сказал:
— Да это что-то стариковское! Может, ты мне еще и палочку принесла!
— Не капризничай, — рассмеялась Жулия, — вот увидишь, ты будешь выглядеть великолепно: достойный, В годах, джентльмен.
Отавиу хотел, было возразить насчет годов, но осекся, поглядев на свои руки. Он не узнавал их, но — ничего не поделаешь! — они были его.
И вот Жулия и Алекс вместе с достойным джентльменом шествуют по улице, направляясь к дому, где их ждут все остальные члены семейства.
Жители квартала узнают Отавиу, приветливо здороваются с ним.
Отавиу с улыбкой раскланивается направо и налево, а потом шепчет Алексу;
— Скажи, а с кем это я здороваюсь?
— С соседями, ты здоровался с ними каждый день, когда мы с тобой выходили на прогулку, — объяснил ему Алекс.
— Неужели я гулял? Ничего не помню! И никого! Расскажи, как это было. Мне же говорили, что я спал.
— Нет, скорее, ты был в отключке…
— Если сказать честно, то мне не верится, что скоро двухтысячный год, — признался Отавиу, доверительно склоняясь к Алексу. — Где летающие машины? Где космические корабли?
— Корабли летают, но их немного и не видно, а летающих машин пока нет, зато есть сверхзвуковые самолеты. Да и вообще много других чудес напридумывали.
Отавиу недоверчиво покачал головой и ничего не сказал.
Зато лицо его выразило несказанное удивление, когда они подошли к дому и вошли в него.
— Доктор Либьен сказала, что я поеду домой, — произнес он и вопросительно оглядел окруживших его женщин.
Он уже усвоил, что это его дочери, но узнать их не мог, они были для него незнакомыми и чужими.
— Мы живем пока у Алекса, папа, — ответила Жулия. — Вот это его жена, Онейди, познакомься.