Придорожный лесок обеспечил ей утреннее умывание в прохладном ручье и прикрытие для переодевания в повседневное платье. Солнце только поднялось над горизонтом, когда Таша вошла в городские ворота. Поплутав по улицам, она вышла к дверям банка.
Сотрудники учреждения крайне изумились столь быстрому приходу молодой жены купца за своими деньгами. Лица их выражали озадаченность и подозрение, но отсутствие телефонов не позволяло быстро навести справки, а все документы на руках у Таши имелись. Не найдя ни одного законного повода отказать клиентке в выдаче положенных на её имя денег, банковские служащие всё-таки вынесли небольшой мешочек. Заглянув внутрь него, Таша поняла, что лгут люди не только на Земле – обещание купца открыть на её имя внушительный счёт оказалось надувательским. Бедные жёны этого скряги – оставшись вдовами, они будут влачить нищенское существование! Самой Таше хватит пока и этого, особенно если продать обручальное кольцо: надо снять комнату в таверне, переодеться в парня и купить билет на дилижанс в ближайший крупный город – она предполагала, что иномирные наблюдатели, следящие за жизнью неразвитого мирка, вряд ли сидят в глухой провинции, где каждая собака всех знает.
...
Впервые в жизни Стейз тайно пробирался на встречу с другом! Он сухо сообщил адъютанту, что отбывает по делам, впервые не дав ему никаких пояснений своего незапланированного ухода и отключив все каналы связи с собой. Более того – он снял номер в отеле с одной-единственной целью: переодеться в страшно неудобное гражданское платье, оставленное специально для него именно в этом номере. Ощущения у Первого стратега были... странными, а от осознания своей полной (хоть и временной) исключённости из общегалактической сети становилось не по себе. Даже в подпространстве он не чувствовал себя настолько отрезанным ото всех! В отличие от Оррина, ему не доводилось прежде играть в шпионские игры.
Друг нашёлся в назначенном месте: у каскада водопадов национального парка. Стейз не сразу узнал его без стандартной униформы стратега галактик – он несколько раз прошёлся вдоль парапета, прежде чем признал товарища в легкомысленном туристе, кидающем камешки в искрящиеся на солнце струи воды.
– Я уж думал, мне тебя окликать придётся, – фыркнул Оррин. – Сделай лицо попроще, а то отображаемый им уровень образования и интеллекта делает бессмысленным всю маскировку. Боюсь представить, что же такое произошло, раз ты согласился на столь секретную встречу.
– Расскажи, что узнал.
– Сейчас. Ты только не брякни никому, что я без санкции руководства и никого не известив, наведывался в закрытый мир, ладно?
– Я физик, а не болтливый идиот. Итак, что разведал?
– Погибшая девушка была экологом.
– Кем?! В их мире существует такая профессия?!
– Закрытый мир – не синоним неразвитый, ты же знаешь. Запрет на контакт вызван агрессивностью населения, а не низким уровнем развития их науки и техники.
– Тогда выбор авгуров выглядит логичным...
– Более чем, – согласно кивнул Оррин. – На планете этой девушки естествознание развито достаточно сильно, чтобы их экологи могли придумать что-нибудь оригинальное и спасительное для нас. Наши технологии могут практически всё, но современным учёным-биологам явно не хватает ярких идей. К слову, твою девушку звали Натальей Грибнёвой, для друзей – Ташей, и ей на родной планете приходилось бороться с опасными видами сорняков и бесконтрольно размножающимися популяциями диких животных. А также – активно защищать вымирающие виды. Если авгуры знали об этом, то для чего скрыли информацию? Почему позволили нам думать, что мир Земли – совсем тёмный и заселён невежественными дикарями?
– Хороший вопрос. Видишь ли, способности Таши не ограничены рамками её образования.
– Что ты хочешь сказать? – насторожился Оррин: уж больно загадочный тон был у товарища, что для наурианца само по себе было необычно.