— Это "Клинок Памяти", — прошептал Джейк. — Сейра создала его, чтобы изъять часть себя. Чтобы забыть. Но чтобы потом — вспомнить.
Анна протянула руку — и в этот момент клинок задрожал. Треснул камень. Воздух сгустился. С потолка начали стекать капли, похожие на слёзы.
> «Я здесь. Всегда была. В каждом сне. В каждом страхе. Я — ты. И ты — я.»
Пол под ногами раскололся, и из трещин потянулись тени, похожие на руки. Анна вскрикнула, но Джейк толкнул её в сторону, сам же встал в круг. Маска на его лице засветилась. Его голос изменился:
— Уймись, Сейра! Ещё рано. Она не готова!
— А ты — предатель. Ты знал, что она вернётся. И всё равно позволил себе чувствовать.
— Потому что она — не ты.
Клинок исчез. Тени отступили. Анна, дрожа, поднялась. В её голове остался голос. Он теперь был с ней. Постоянно.
Глава 9: Лиам , и книга которой не было
Лиам знал, что с ним что-то не так, с того самого момента, как начал видеть буквы в воздухе. Они не принадлежали ни одному языку мира. Они плавали, складывались в узоры и исчезали, как будто его разум стал частью другой письменности.
В ту ночь он оказался в старой библиотеке при университете, хотя его сессия была завершена два года назад. Но именно туда его вёл сон. В читальном зале пахло пеплом, книгами и чем-то старше времени. На пюпитре лежала книга. Большая, обтянутая кожей, с застёжкой из кости.
Он не открывал её — она раскрылась сама.
> «Тот, кто был первым, станет последним. Ложь станет истиной, если её не прервать.»
На следующих страницах были изображения — лица. Одно из них — его собственное, только в другой эпохе. В доспехах, с крыльями из пепла. Он был по колено в крови, но улыбался. Лиам задрожал.
Позади зашуршало. Из-за стеллажей вышла фигура — женщина в чёрной мантии. Лица не видно. Только серебряные кольца на пальцах.
— Книга тебя выбрала, — сказала она.
— Что это значит?
— Ты был Архивариусом в последнем цикле. Ты должен был уничтожить Печать, но не смог. Теперь — твой долг вернулся.
— Я ничего не помню.
— И всё же ты пришёл.
Огонь вспыхнул в книге. Страницы начали исчезать, превращаясь в пепел. Лиам услышал внутри себя голос:
> «Храни. Или погибни.»
Глава 10: Вера и заркало ,что смотрит в тебя
Вера всегда ощущала пустоту рядом с собой, как будто кто-то идёт на полшага позади, всегда за левым плечом. В детстве она рисовала лица, которых не видела. В юности — писала стихи на неизвестном языке. Её мать считала её странной. Отец — боялся.
В тот день зеркало в антикварной лавке было как портал. Оно не просто отражало — оно оживляло. Лицо в зеркале — не её. Женщина с бледной кожей, с глазами, в которых были космос и бездна одновременно, смотрела на неё, не мигая.
— Ты носишь половину моего сердца, — сказала она.
— Кто ты?
— Я — Эларин. Бывшая королева Тишины. Ты — моя реинкарнация. Мой сосуд. Тебя отдали этому миру, чтобы я могла вернуться.
— Нет… я не хочу этого!
— Уже поздно. Ты вспоминаешь. А зеркало — пробуждает.
Рядом загорелась надпись: «Смотри — и увидь себя истинную.»
Мир вокруг начал искажаться. Вера закричала. Когда она очнулась — была в пустой комнате. Зеркала не было. Но под ногами — круг из соли. И надпись на полу: «Выбор близко.»
Глава 11 : Эшен и гниющее небо
Эшен, изгнанный маг, когда-то обладавший властью повелевать Огнём Слов, жил в лесу. Он считал себя забытым, но не был один. Лес шептал. Земля пела. Тени смотрели.
Небо над его домом однажды стало чёрным, как кровь под ногтями. Оно потрескалось. И из него вылилась тьма, не как метафора — как существо. Существо без формы. Оно падало, как дождь, и всё, к чему прикасалось, становилось прахом.
Эшен встал на границе поляны, окружённый кругом из древних символов. В его руке — серебряный посох. Он вычерчивал глифы, пытаясь остановить Разлом. Но оттуда уже вышло нечто.
— Ты снова здесь, — проговорил он. — Не в этом теле. Но с той же целью.
— Мы не забываем своих детей, — ответила Тьма. — Ты был наш. Ты стал их. Но теперь — пора возвращаться.
— Я не вернусь.