– Вы уверены, что только подбивает? – высказал сомнение Дэвид.
– Разумеется, не уверен, но я пытаюсь ничего лишнего не домысливать, а опираться на уже установленные факты, – ответил комиссар, – согласно материалам судебного разбирательства Шайн действовал самостоятельно, без сообщников. Конечно, следствие было проведено не слишком тщательно. Можно было при помощи несложного эксперимента доказать, что Шайн самостоятельно отключить сигнализацию не смог бы, но никто даже и не подумал это проверить.
– А чтобы это дало? – с сомнением спросил Дэвид, – ну, допустим, он мог бы заявить, что у него все получилось случайно? Абсурд, но формально могло быть и так… Раскрутить Шайна на правдивые показания не удалось, Это тоже факт, и с этим мы не можем не считаться. А установить истину сейчас нам намного труднее.
– Против этого никто не спорит, – вставила я свое замечание, – но нам все равно придется искать ответы на все, в том числе возникшие уже сейчас, вопросы. А они связаны, так или иначе, с событиями семилетней давности.
– Я продолжаю, – вернул нас комиссар Катлер от теоретических рассуждений к реалиям настоящего момента, – так, или иначе, но Шайн успешно проникает в квартиру и забирает коллекцию жемчуга, а также никем не замеченный покидает дом Кранца, но вот дальше начинаются вещи, которые требовали, безусловно, более тщательного расследования. Удачно покинув ограбленную квартиру, Шайн попадает под грузовик на десятом шоссе. При этом, он не может объяснить, как это произошло, но два свидетеля утверждают, что видели рядом с ним человека, очень похоже, что именно этот человек и способствовал такому развитию событий. Следующая загадка того давнего происшествия состоит в том, что, хотя чемоданчик с драгоценностями находят при Шайне, точнее рядом с ним, в момент аварии. Но среди экспонатов нет одного из самых дорогих, перстня с черной жемчужиной. Остается в связи с событиями того времени упомянуть еще и факт пропажи из дома Артура Кранца пистолета. Возможно, оружие было похищено во время похорон Энтони Кранца. Хоронили его именно из этого дома. Поскольку перстень был застрахован, а наследники не были коллекционерами, эта история могла бы на этом и закончиться. Но, видимо, Грегори все же знал гораздо больше, чем сказал во время следствия. Почему он промолчал о своем наставнике?
– Я вижу два наиболее вероятных ответа на ваш вопрос, – включилась я в ход рассуждений комиссара, – возможно, он боялся своей откровенностью навредить себе больше, чем это уже случилось, но более вероятным я считаю вариант, при котором, он просто рассчитывал получить со своего бывшего сообщника некую компенсацию. Он рассчитывал на то, что сумеет его найти, и, видимо знал, как это можно сделать.
– Да, скорее всего ваш второй вариант, коллега, ближе к истине, – признал Эрик Катлер. – Когда он освобождается из заключения, он сразу приступает к поискам.
– Вы имеете в виду его звонки в кафе?
– Думаю, что это было только отчасти, он заметил, что за ним установили наблюдение, поэтому, его второй звонок в бар я считаю просто отвлекающим маневром. Я думаю, что в первый раз он спросил Дика Тернера, но ему сказали, что тот умер, а второй раз он позвонил просто, чтобы закрепить внимание полиции на этом кафе. Он знал, где искать того, кто ему был нужен, но не хотел наводить на этого человека полицию. Кстати, искал ли он Тернера, мы можем проверить прямо сейчас. Когда мы спрашивали бармена, кому звонили в те дни, в которые были зафиксированы звонки Шайна, он не мог вспомнить всех, поскольку за день звонило очень много народу, причем примерно в одно время, то есть, тогда когда в баре толпился народ. Но, если спрашивали Дика, он вспомнит, скорее всего.
– Да, пожалуй, стоит действительно этим поинтересоваться. Но почему не было это выяснено сразу, в тот день когда Шайн звонил в кафе, – спросил Дэвид
– Наблюдателю было дано распоряжение, выяснить с кем говорил объект, а не с кем его разговор не состоялся. Тогда ведь думали только о пропавшем перстне, никто не мог предположить, что придется искать убийцу. Хотя, конечно, это было все же упущение. Но давайте позвоним.
Звонок комиссара, как и ожидалось, подтвердил нашу версию. Дика Тенера действительно спрашивали, примерно в тот день, когда наблюдатель зафиксировал звонок Грегори Шайна.
– Возникает вопрос: зачем же Грегу нужен был Дик? – задала я вопрос, на который тут же сама и попыталась ответить, – скорее всего тот, кто нужен был Шайну, был их общим знакомым!