Тем не менее в СССР с началом Второй мировой войны в ЦК ВКП(б) стали прорабатываться возможные ограничительные меры. Одной из них было постановление Совнаркома СССР от 29 сентября 1939 года «Об узлах проволочного вещания, трансляционных радиоточках и радиоприемниках». За устройство и эксплуатацию «нелегальных» радиоустановок граждан надлежало штрафовать на сумму от 10 до 1000 рублей. А ещё в постановлении был пункт о том, что 20% от суммы штрафа выдавалось лицу, которое выявило незарегистрированную радиоточку и сообщило об этом в компетентные органы...
Коллективное прослушивание В первые дни Великой Отечественной войны, когда ещё не были ясны масштабы трагедии, об ограничении использования радиоприёмников населением речи не было. Одной из причин этого была стрессовая ситуация в руководстве, а другой - то, что в начале войны передач немецкого радио на русском языке не велось. Более того, Геббельса переубедить не удалось никому, и официальное иновещание нацистской Германии (оно к 1941 году работало более чем на 30 языках) так и не стало организовывать русскоязычных программ. Работали только «чёрные», или, как сейчас модно говорить, «фейковые», радиостанции типа «Старая гвардия Ленина», замаскированные под подпольные.
Но 25 июня 1941 года всё-таки вышло постановление Совнаркома СССР «О сдаче населением радиоприёмных и радиопередающих устройств». Всем гражданам предписывалось в пятидневный срок до окончания войны сдать все радиоприёмники вплоть до простых детекторных, в организации Наркомата связи. Тем, кто сдал приёмники, выдавались расписки, по которым гипотетически можно было эти аппараты получить обратно. А за невыполнение требований постановления была введена уголовная ответственность. В документе не расшифровывалась её тяжесть, но такие фразы, как «Установить, что лица, не сдавшие в установленный срок свои радиоприёмники и передатчики, подлежат уголовной ответственности по закону военного времени. Возложить на органы Наркомвнудела и Государственной Безопасности наблюдение за выполнением населением настоящего постановления», говорили о многом. С июля 1941 года вводился новый регламент прослушивания радиопередач советскими гражданами. Суть его была проста: «Разрешить учреждениям, предприятиям, радиоузлам, клубам, Ленинским уголкам и другим общественным организациям использование радиоприёмных установок исключительно для коллективного слушания радиопередач в строго определённые часы». В регионах постановление детализировалось. Горьковский обком, например, уже в самом начале войны уточнял процедуру организации коллективного прослушивания: «Все приёмники коллективного слушания подлежат обязательной регистрации в местных органах связи. На пунктах коллективного слушания выделяются ответственные лица за организацию слушания, которые дают органам связи подписку в том, что они знают правила пользования приёмником и отвечают за пользование приёмником по законам военного времени. Пункты коллективного слушания устанавливаются лишь с согласия горкома (райкома) ВКП(б).
Организатор слушания, то есть ответственное лицо, давшее подписку, лично сам настраивает приёмник и всё время присутствует при слушании, не отлучаясь ни на минуту. После каждого слушания приёмник должен быть заперт и опечатан в отдельной комнате или отдельном шкафу». Понятное дело, по эфиру слушать можно было только отечественные радиостанции (обычно одну центральную и одну местную). Обычные граждане у себя дома могли получать информацию (например, извещение о воздушной тревоге) с помощью обычного проводного вещания. Квартирные радиоточки, или «чёрные тарелки», принимавшие сигнал по проводам, не изымались.