В роскошной пустой зале приёмов и торжества, на мраморном полу остался лежать лишь только одинокий полупрозрачный шлейф от голубого платья Изабеллы.
*. *. *
Антонио и Вильгельм развлекались в ожидании появления Королевы, убивая время тем, что метали по очереди друг в друга острые ножи. Один из них вставал спиной к деревянной двери, а второй, прицелившись, выкидывал вперёд кинжал. Меткость и острый глаз у обоих был на высоте.
—Хотел сказать, что не украшен пол твоими отрезанными ушами только потому, что я благороден.-прищуривая правый глаз, измеряя направление полёта клинка, признался вслух Вильгельм.
—Как жаль, что твоего благородства недостаточно, чтобы покорить сердце Изабеллы.-с издёвкой улыбнулся в ответ Антонио.-Королева предпочла нашему вниманию крестьянского мальчишку. Ты не находишь, слишком долго Её Величество находится в обществе слуги?- поддел чувства напарника Антонио.
—Самое главное что- не в твоём.-сухо огрызнулся Вильгельм, но оттого счастливее он не стал.
—Дайте-ка мне вспомнить, откуда вообще этот Стефан появился?-продолжал ёрничать испанец.- Точно, ведь он был прежде твоим оруженосецем!
—И что с того?-насупился Вильгельм, меняясь местами с Антонио.-Кто предложил его направить в услужение к Королеве? Ведь не обучен юнец смазливый ни дворцовым манерам, как и этикету.
—Гертруда позаботилась о том. Из парня выйдет толк, ты б только видел, как ловко он накрывал на стол, и ведь ни разу не ошибся…
Тут в дверь без предупреждения вошёл Арител. Просвистевший в воздухе кинжал со звоном вонзился рядом с его головой.
—Что тут происходит?!?-возмутился Старший Советник, искоса поглядывая на трепещущую сталь.
—Упражняемся в меткости с ближнего расстояния, Милорд.-в голос отрапортовали рыцари.
—А где Изабелла? Вы разве не должны находится подле неё?
—Она ко сну готовится, Милорд.-соврал, не моргнув и глазом, Антонио.
Вильгельм, стоя позади, молча изобразил крайнее удивление.
Арител, поправив белоснежный манжет воротника, удовлетворённо кивнул.
—Ну хорошо, прилежно охраняйте покой вашей Королевы. Дело неспешно, пожалуй, я зайду с завтрашнего утра.
Когда он удалился, Вильгельм напустился на соперника.
—Какого лешего ты ему соврал? Он правая рука Королевы!
Антонио молча указал пальцем на противоположную стену. Некто невидимый глазу, аккуратным почерком выводил на ровной, светлой поверхности чёрным угольком надпись: «Изабелла в беде! Следуйте в за мной!»
Благородные рыцари огляделись. Вокруг никого не было. Но вскоре на полу проступили едва заметные, аккуратные мокрые следы от женской босой ноги. Они проходили посередине комнаты и исчезали прямо сквозь дверь, направляясь дальше по коридору. Антонио и Вильгельм, не раздумывая, бросились за Духом-невидимкой.
*. *. *
След уводил рыцарей вниз по лестнице, туда, где располагался зал приёмов и торжеств. В самом зале царил полумрак, и потому пришлось зажечь несколько дополнительных светильников, прежде чем что-то разглядеть. След подвёл рыцарей к стене, на которой висели в ряд картины, и резко оборвался возле живописного холста. Внизу, под полотном, Вильгельм и обнаружил свою находку- полупрозрачный шлейф от платья Изабеллы.
—Что здесь произошло?-громко, во всеуслышание спросил незримого Духа Антонио.-Этот лживый недослуга похитил мою Изабеллу?
—Она не твоя!- рассерженно пробурчал стоящий позади Вильгельм.
Внезапно холст на стене преобразился. Цвета вспыхнули с новой яркостью. Изображённый прозрачный ручей зашумел, срываясь с гор настоящим искрящимся водопадом!
—Что за диковинка такая?- залюбовался зрелищем Антонио, протягивая руку к полотну, дабы ничуть не усомниться в происходящем.
Лишь только он коснулся поверхности, изображение всколыхнулось и поплыло круговой рябью. Рука Антонио проходила сквозь красочный пейзаж, всё глубже и глубже. Испанец до предела испытал меру своего любопытства, и попробовал выдернуть руку назад, но сделать это ему уже никак не удавалось.
Вильгельм, видя, что соперника затягивает в какой-то колдовской омут всё глубже и глубже, без долгих раздумий пришёл ему на выручку. Но как бы мужчина ни старался вызволить напарника, напрягая все свои мускулы, картина продолжала медленно поглощать свою недальновидную добычу.