От рыцарских побед выиграли венецианские и генуэзские купцы, захватившие в свои руки торговлю на Средиземном море. Выиграли бароны, которые расхватали уделы на берегах Ближнего Востока. Выиграла церковь, разбогатевшая и усилившая свой вес и влияние.
Рядовые рыцари и солдаты не приобрели ничего, правда, узнали о том, что мир не ограничивается их деревней или поселком. Развившаяся торговля, появление нового класса купцов, развитие ремесел, рост городов — об этом вы читали в школьных учебниках. Все это изменило мир, но не сделало его ни лучше, ни богаче.
Прошло несколько десятилетий, и крестоносный мир на Ближнем Востоке принялся трещать по швам. Бароны передрались между собой. Они вмешивались в интриги местных мусульманских правителей, враждовали с Византией. Постепенно их владения стали сокращаться. Кончилось это серией тяжелых поражений, потерей Иерусалима и крупнейших восточных городов.
В Европе встревожились. Обеспокоены были и Римский Папа, и, главное, итальянские города. Началась агитация за новый Крестовый поход. В нем участвовало слишком мало войск, поэтому Второй крестовый поход провалился. Тогда началась подготовка к Третьему крестовому походу. Никогда еще не уходила из Европы такая рать. Достаточно сказать, что в походе участвовал германский император Фридрих Барбаросса, французский король Филипп II и английский — Ричард Львиное Сердце, не говоря уж о многих владетелях пониже рангом.
В конце концов, участники похода перегрызлись между собой, Фридрих погиб, Филипп сбежал обратно во Францию, и остался один смелый рыцарь, но не очень хороший полководец Ричард, который не смог победить в войне с талантливым султаном Салахом ад-Дином.
Затем последовали новые Крестовые походы, все более и более скромные. В 1204 году крестоносцы, которых подталкивали злейшие враги византийцев — венецианцы, вместо того чтобы штурмовать далекий Иерусалим, взяли штурмом Константинополь, столицу христианского государства, союзника крестоносцев. Впрочем, никого это не смущало, потому что добыча в Византии была куда богаче, чем на Святой земле.
После этого казалось, что Крестовых походов больше не будет. Государства крестоносцев обособились и научились ладить со своими мусульманскими соседями. Это неустойчивое равновесие сохранялось, пока существовал баланс сил. Бесконечно усилилась Венеция, захватившая самые богатые куски Византии, а Византия, которой правили крестоносцы, пришла в полный упадок.
И вдруг по Европе прокатывается поветрие — Крестовые походы детей!
Они начались и кончились в 1212 году.
О них пишут по крайней мере пятьдесят хронистов со всей Европы. Из скупых строчек хроник можно составить представление о том, что же происходило, но в то же время все остается совершенно неясным.
В чем же сходятся все хронисты?
А сходятся они в том, что весной 1212года мальчик Николас (или Никлас), которому было либо десять, либо шестнадцать лет, увидел удивительный сон. Во сне ему явился ангел, сообщивший, что Иерусалим будет освобожден не мечом, но миром. Для этого в Крестовый поход должны отправиться дети, причем море перед ними расступится, как перед евреями Моисея. В Иерусалиме дети убедят сарацин, что христианство — это и есть истинная вера, после чего там утвердится вечное царство мира.
Под Кельном, по сведениям средневековых хроник, собралось около двадцати тысяч детей.
Когда стало совсем тепло, они двинулись на юг.
По дороге детей приветствовали жители городов и деревень. Они повторяли: «Взрослые кинули Иерусалим на произвол судьбы, а вот дети — искренние борцы за веру. Им и покорится святыня!»
В те же дни довольно далеко от Кельна (конечно, по средневековым меркам, когда передвигались в основном пешком) прославился другой подросток. Звали его Этьеном, и был он пастухом из деревни Клуа поблизости от французского города Вандома.
Шел Этьен по дороге и увидел нищего, который умирал от голода, а может быть, и не умирал, а просто просил милостыню. У Этьена был с собой кусок хлеба, и он с готовностью отдал хлеб нищему. Нищий же в обмен протянул ему письмо. Содержание разговора нищего с пастушком нам не известно, но из него мальчик понял, что пора собирать детей и вести их на Иерусалим.