Призрак висел в шаге от окна. Других смутных теней вокруг не наблюдалось.
Нина не сказала, не прошептала — губами чётко изобразила: «Что тебе нужно?»
Призрак шатнулся к окну.
Не шарахнулась она от него только потому, что призрачная ладонь опять влепилась в окно, косвенно напоминая: эту преграду призраку не одолеть.
На этот раз ладонь от стекла отлепилась почти сразу.
Нина неуверенно решила, что дальнейшее произойдёт по сценарию вчерашней ночи. Но… Отплыть от окна старуха отплыла, однако оцепенела напротив, а затем внезапно… поманила к себе Нину. Обычный человеческий жест призрака напугал: Нина немедленно разжала пальцы, отпуская край «шторы». А потом спохватилась и принялась прикладывать этот край к стене, стараясь сделать так, чтобы ни одного просвета с улицы в комнате не осталось.
Дошла до дивана, села. И только сейчас поняла, что вздрагивает так, словно только что пробежала на время, как минимум, километр… Почему Матрёна позвала её? Призраки-то, во всяком случае, здешние, должны звать детей и взрослых.
Подспудно Нина понимала — почему. Остальные призраков не видят. Она — да.
И ещё… Позвали, потому что Нина спросила, что ей нужно. Призрак ответил. Она должна была выйти на улицу.
Мысли от призрака, возможно и сейчас висевшего перед окном её комнаты, постепенно переплыл к Марье Егоровне, которую Нина так и не осчастливила приветом от Виталия тёте Матрёне… От управдомши — к её сыну, к Николаю, который сегодня действовал так решительно…
И вновь проснулась, мысля чётко: «А почему бы и нет? Может, и правда стоило выйти и посмотреть, что будет дальше? Я не дети и не старики. Мне бы призраки ничего не сделали бы!»
Посидев и поразмышляв, стоит ли воплощать прямо сейчас идею выхода из барака на улицу, Нина покачала головой: как бы там ни было, но оставлять детей хоть и в закрытой комнате, но без пригляда страшновато. Да и опасно, когда в доме живут такие жуткие личности, как Савелий. Замок-то навесной спасает только изнутри. А так — дверь как была ветхой, так и осталась? Дёрни из коридора хорошенько — и откроется.
Последняя мысль, перед тем как заснула: призрак Матрёны похож на тигра, за которым следом идут шакалы. Успела удивиться странному сравнению — и уснула.
…Готовя завтрак, перед тем как разбудить детей, Нина вдруг насупилась, глядя на крючки старого буфета. На них висели два ковша — один обычный, для воды, другой — с решетчатым дном, дуршлаг; пара половников, вязанные ею салфетки-подставки под горячее. И небольшая доска сразу с висящими на ней двумя скалками. Глаза застыли на обыкновенной скалке — не той, длинной и тонкой, а на самой толстой — с двумя ручками.
Забывшись и отложив нож, которым резала на салат помидоры, Нина взяла толстую и похлопала ею по ладони. А интересно, что будет… Она вспомнила вчерашнее наглое вторжение Савелия. Что будет, если она всё-таки этой скалкой… И чего она боялась, когда этот м…к вошёл в комнату? Теперь ей казалось, что при виде только одного этого предмета Савелий сбежал бы. Ведь что он собой представляет? Плюгавенький мужичок, стопроцентный алкаш, невысокого роста, да и возраст у него уже не тот, чтобы он мог воевать против кого-то решительно настроенного!.. Она призадумалась: где-то ближе к пятидесяти, если не больше?
И — замерла. Кто-то в коридоре, чьи тяжёлые шаги нарастали и нарастали, остановился возле её двери.
Сердце билось, словно отсчитывая секунды.
Пошло на тридцать с небольшим секунд, когда стоявший за дверью решился постучать. Не самоуверенно, как она бы ждала от Савелия. Более… деликатно.
Нина крепче сжала скалку и отодвинула щеколду. Замок-то она сняла, когда пришлось выходить за водой в общий коридор… Толкнула дверь вперёд. Выдохнула.
— Доброе утро, — вполголоса сказал Николай и сразу посмотрел на занавеску в большую комнату. — Не разбужу детишек?
Пока он смотрел в сторону, она быстро и тихо положила скалку на стол и подвинула к буфету. Там лежала капуста, и скалку не было видно между капустой и большой чашкой для салата. Нина отступила и кивнула:
— Доброе… Нет, не разбудишь. Что… случилось?
— Тебя Савелий вчера сильно напугал? — нерешительно спросил Николай. — Ты не бойся. Он больше приставать не будет. Но, если что…
Нина улыбнулась свободнее.
— Спасибо. У меня теперь номера телефонов есть, если понадобится к кому-то обратиться за помощью.
— А-а, тогда ладно. Ну, я пошёл.
Он немного стеснительно улыбнулся ей и повернулся к двери. Закрыл за собой мягко, может — и впрямь опасался разбудить детей.