— А ещё, тётя Нина… — мальчишка остановился, прикусил губу и посмотрел на дверь в свою комнату. И уже вполголоса сказал: — Спасибо за занавеску. Я несколько раз просыпался — за окном ничего не видно.
— Мама повесила, да? — улыбнулась Нина.
— Ага, повесила, — ответно улыбнулся мальчишка.
— Дени-ис! Опаздываем! — крикнули из второго коридора звонким девчоночьим голосом. Нина не сразу узнала Лену Хворостову.
— Я побежал, тёть Нина, — кивнул Денис и заторопился на зов.
Вдвоём ходят? Нина машинально отыскала своих детей: оба стояли возле няни Галюшки — Анютка так вообще вцепилась в её руку, а та что-то оживлённо рассказывала всем малышам, кто её обступил. И повернулась идти с детьми к входной двери.
Нина зашла в комнату. Прежде чем устраивать постирочный день, приблизилась к окну — посмотреть, как поредевшая группа няни начнёт подниматься по холму.
Но всё её внимание перетянули другие дети. Повзрослее. Кажется, Лена Хворостова что-то энергично доказывала Денису — оба застыли возле скамьи, на которую опустили свои сумки-рюкзаки. И… Лена с трудом виднелась из-за смутных теней, окруживших её. Для Нины — отчётливых, потому что утро сумеречное.
Лена продолжала рассказывать. А тени медленно плавали вокруг неё и словно тянули к ней призрачные руки. Денис ничего не видел, внимательно слушая девочку: кажется, тени он разглядеть мог только в ночной тьме?.. Нина зачастила дыханием: тени не просто тянули «руки» к девочке — они будто отрывали от неё нечто невидимое. Вскоре Лена что-то почувствовала, но пока что совсем машинально: всё ещё глядя на Дениса, она подняла руку, кажется даже не сознавая своего жеста. И дотронулась до виска. Начинает болеть голова — с ужасом сообразила Нина. И внутренне заметалась: что делать?! Как помочь подросткам — и поверят ли они ей?!
Из-за большого круга призраков выплыла Матрёна. Её словно порывом ветра швырнуло к окну Нины. Повисла перед окном, глядя так, словно хвастая: вон, мол, что сделала!
— Не смей… — зашептала Нина. — Не смей! Они совсем маленькие! Они дети!
Большие, обвисшие губы призрака с трудом сложились в усмешку.
— Зачем?! Зачем ты это делаешь?!
Автоматически отметила, что няня Галюшка уже увела своих воспитанников к монастырскому саду… А потом, не рассуждая, ринулась в комнату, схватила котят из коробки и бросилась к двери. Пусть остаётся незакрытой — сейчас в коридоре полно народу, который достаточно активно перемещается! Она побежала мимо своих соседей слева, что-то обсуждавших, бедром толкнула входную дверь и выбралась на улицу. Котята в руках удивлённо пищали, выдираясь из её крепкого захвата.
— Лена! — вскрикнула Нина, добегая до скамьи. — Денис, подождите!
Смутной метелью призраков разметало от девочки подальше.
— Держи! — сквозь зубы велела Нина, сунув изумлённых котят в руки не менее изумлённой девочки.
— Вы от них отказываетесь?! — поразилась Лена.
Зато Денис нахмурился, глядя на её руки, в которых пищали возмущённые котята. Видимо, он начинал понимать… А Нина огляделась и поняла, что сейчас позорно расплачется, не в силах больше переносить напряжение, с которым жила в последние дни. Быстро сказала, борясь с начинавшимися судорогами горла, ведущими к плачу:
— Сейчас вернусь в комнату и открою вам окно. Влезете!
И, не дожидаясь ответа, кинулась назад.
Если честно, ожидала, что они сбегут, лишь бы не связываться с полусумасшедшей и полузнакомой тёткой. Но, когда открыла раму, подростки быстро огляделись и влезли сначала на карниз, а потом съехали с подоконника в комнату. Первой сориентировалась Лена, заметив коробку с кошачьими предметами «интерьера». Девочка подошла к коробке и, поправив сбившуюся велюровую тряпочку, уложила на неё котят. Посидела рядом на корточках, поглаживая их и успокаивая, а потом оглянулась на Нину. Глаза расширились, как и у Дениса: хозяйка комнаты встала на табурет и затянула окно двумя покрывалами. После чего спрыгнула и показала рукой на стол.
— Садитесь. Я устала одна нести всё, что происходит в вашем бараке. Вам, если даже вы скажете родителям, всё равно не поверят, так что… Лена, голова ещё болит?
— Не-ет… — неуверенно, прислушиваясь к себе, ответила девочка. — А как вы узнали, что она болеть начала?
— Видела в окно, как ты дотронулась до головы. Это первое. — Нина засомневалась, а потом сама покачала головой и резко сказала: — И видела тех, из-за кого у тебя болит голова. Это второе. Помните, вы принесли мне альбом с теми, кого видели в лесопарке?