Попытавшись что-то ещё сделать по хозяйству, Нина поняла главное: всё валится из рук, потому что ей страшно за детей. А их она из барака видит урывками.
Через две минуты после «открытия», одетая для улицы, она мчалась к монастырскому саду.
Нет, потом она не пожалела, что доплатила няне Галюшке за половину субботы, потому что приближаться к её «группе» не стала, а устроилась сбоку — так, что детишки маму не видели, занятые играми и развлечениями… Сбоку — это в прошлый раз она углядела ещё несколько скамеек, стареньких, обветшалых, на одну из которых и присела сейчас так, чтобы воспитанники няни Галюшки были бы перед ней как на ладони.
— Привет…
Она не вздрогнула, а содрогнулась от внезапного приветствия. Быстро встала, хотя сразу увидела, что подошёл Николай.
— Привет, — неуверенно ответила она.
— Мне сказали — ты пошла сюда, я решил составить тебе компанию, — объяснил он, ласково глядя на неё. — Если возражаешь, уйду.
— Нет, что ты! — торопливо сказала она и даже потянула его за рукав куртки. — Садись. Нисколько не возражаю.
Ответила быстро. И про себя удивилась, когда поняла, что высказанные ею слова — абсолютная правда. Он такой высокий, такой широкоплечий… и спокойный. Рядом с ним и она начала успокаиваться… А через десять минут неловкого разговора о том о сём, будто прощупывающего, как им надо говорить, она пришла в себя и уже болтала с Николаем так, словно они были давними соседями — и чуточку говорили меж собой так, словно были не только ими.
Николай рассказывал о своих старших братьях и племянниках — о последних больше, потому что они его смешили своими поступками и заставляли удивляться: «Неужели в детстве и я таким шебутным был?»
Следя за своими, Нина часто хохотала, слушая его, и где-то в глубинах души чувствовала, что ему нравится её смех — именно поэтому он чаще вспоминает о чём-то смешном, заставляя её смеяться… А потом он, кажется, сообразил, как вообще удержать улыбку на её губах, потому что принялся расспрашивать о её детях. И она разболталась с его подачи так, что под конец даже вспомнила о своём обещании детям однажды съездить в книжный магазин за новыми детскими книжками.
Не давая ей опомниться, Николай сказал:
— Возьмите меня с собой! Если ты уже знаешь, какие книжки в их возрасте читают, поможешь выбрать и мне — для племянницы. У неё скоро день рождения.
— Возьмём, — улыбаясь, откликнулась Нина. — Вот только…
Она хотела закончить: «Вот только когда?»
А Николай будто подслушал и легко перебил, когда она сама запнулась:
— Как насчёт сегодняшнего дня? После обеда?
Воображаемый набатный колокол раскачался и грохнул, грозно напомнив: в городе их может заметить бывший!
Очнувшись, сама заметила, что молчание после его предложения слегка затянулось. Сообразив это, Нина принялась искать отговорки против поездки. Хотя в душе всколыхнулась: хоть какое-то новое место увидеть! Пусть барак, комната в нём и окрестности ещё не настолько приелись, но… Но они здесь почти месяц и ничего, кроме этих мест, не видели. Разве что … Нина печально вспомнила о лесопарке и кладбище. Да, было дело — съездили разок на чью-то дачу… Но ведь опять — ограничения, потому что всего лишь дачный участок, а дальше нельзя…
Николай, кажется, по-своему понял причину её нерешительного молчания.
Он объяснил:
— Здесь, всего в шести остановках от нашей, есть небольшой торговый центр. На его цокольном этаже — роскошный книжный магазин. А поскольку туда и обратно едем не на общественном транспорте, то гулять по магазину можно будет сколько угодно. А если дети проголодаются — и поужинать там сумеем: верхний этаж — сплошные кафе и кафетерии. И домой вернёмся ещё до захода солнца. На остановках ждать не придётся, если ты боишься этого. Ну, что?
Вежливо отказаться — не получится. Нина это поняла, а потому снова улыбнулась и призналась:
— Если честно — я очень рада. Давно нигде не были. А если ещё и на машине… Николай, это здорово!
— Ну, раз это здорово, подкорректирую. Когда твои дети должны вернуться?
Она вынула мобильный телефон и посмотрела на время.
— Ещё с час гуляют, а потом…
— Может, поедем в ТЦ сразу? — предложил он. — Там и пообедаем?
— С детьми? — растерялась она.
— Конечно. Поехали!.. Не думай. Мы успеем отлично там погулять и отобедать.
— Ну… хорошо, — решилась она. — А ты не хочешь Марью Егоровну взять с нами? Ей, наверное, тоже было бы приятно по ТЦ погулять.
— Поговорю с ней, — пообещал Николай.
Они посидели ещё немного на старенькой скамейке, а потом Николай первым встал и, кивнув, заспешил к бараку.