И тут Нина увидела. Он грохнулся не просто так. А на то самое место, виденное ею во сне и наяву, возле которого призрак Матрёны погружался в землю. И грохнулся Савелий на колени. Пока он выл и матерился, пытаясь встать со скользкого дёрна и трав, помогая себе руками, Матрёна медленно облетала его, словно примериваясь к чему-то. А потом подняла руку — и Савелий рухнул с колен набок.
До беглецов донеслось его удивлённое:
— Это что ещё за…
И замолчал.
А Денис вдруг, дрожа, прижался к Нине.
— Тётя Нина, там… там…
Коты сидели у их ног и молча наблюдали, как из-под земли выплывают маленькие тени и начинают медленно кружить вокруг застывшего Савелия…
Неизвестно, что видел Денис. Нина видела только маленькие тени.
И, кажется, эти тени увидел Савелий, потому что его молчание вскоре прервалось, и алкаш захныкал.
— Тётенька-а… Тётенька… не надо-о! Сглупил я тогда-а… Но ведь пьяный бы-ыл! Не надо-о… Тётенька-а…
А призраки, обозначившие замкнутую границу полянки, вдруг зашевелились. Они все медлительно, но в постоянном полёте двигались к центру, постепенно загустевая в приближении к воющему от ужаса Савелию. А потом окружили его так, что скрыли и Матрёну, и её племянника. Словно густой туман, заглушивший все звуки — в том числе и жалобный вой Савелия.
Безотчётно Нина сообразила (или Матрёна каким-то образом подсказала?).
— Денис! Бежим, пока они!..
И ринулись в обратный путь — за котами, которые тоже словно опомнились и принялись мчаться впереди, то ли показывая дорогу из лесопарка, то ли не желая отставать от своих людей, но ведя их за собой.
— Тётя Нина, а что там? Что случилось?!
— Не знаю! — откликнулась она. — Но мне показалось, нам там не надо быть!
— Из-за того что призраки пошли на?..
— Именно!
— А как мы будем дома?!
— Зайдёшь ко мне и выпьешь горячего чаю! — чуть не приказала Нина, ощущая, что влажный холодный воздух и её здорово начинает беспокоить. — Потом — домой!
Если она думала, что коты Дениса оспорят её решение, то этого не случилось.
Они вместе с Ниной и своим маленьким хозяином вошли в её комнату. Обошли все её уголки, пока хозяйка грела воду для чая с малиновым вареньем и вытирала мокрую голову Денису и себе, а потом устроились на тёплом металлическом коврике у печи. Когда маленький хозяин выпил чай, первыми подошли к двери, чтобы попроситься домой, благо дом — вот он, напротив.
А Нина, оставшись в одиночестве, с чашкой в руках подошла к окну, закрытому покрывалами, и замерла перед ним. Ждать возвращения Савелия? Не стоит? Всё равно всё можно будет узнать утром…
Она шмыгнула, вспоминая дикий бег по ночным улицам и стараясь не думать о том, что может сделать с племянником Матрёна. В лесопарке. В ночи. Заставила себя думать о Денисе: как бы он не простудился. А не о том, что сделал Савелий, из-за чего умерла его тётя, но не сумела успокоиться. И о том, что за маленькие тени плавали вокруг упавшего на поляне тела её племянника…
А потом положила пустую чашку на стол и, ещё раз проверив, как спят дети, вернулась к дивану. Сжала руки на груди, чувствуя свои холодные пальцы, несмотря на то что только что держала горячую чашку.
Сумеет ли заснуть?
Потянула на себя одеяло — укрыть плечи, а потом сама не заметила, как повалилась головой на подушку и закрыла глаза в новый сон.
Глава 18
И всё-таки ночь была не только прохладной, но и влажной. А ещё, возможно, подействовал их с Денисом ненормальный бег то ли удирающих, то ли заманивающих. И страх ожидания, что поймают…
Во всяком случае Нина проспала все громкие события в бараке, что приключились к утру, ближе к половине пятого, когда на улице начало светать.
Потом-то она узнала всё и в подробностях. Свидетелей тех предутренних событий много нашлось.
Двое жильцов привычно уходили на работу первыми. И чуть не опоздали на свой первый троллейбус. Открыли входную дверь барака и наткнулись на Савелия, лежавшего в луже, в шаге от той же двери. Жильцы, вполголоса ругаясь (думали: снова пьяный вдрызг!), ухватив его под мышки, затащили его в общий коридор. Один разбудил свою супругу, а потом на пару с соседом помчался к остановке, пока испуганная супруга, разглядев состояние пьянчуги, вызывала скорую.
Женщина, привыкшая обращаться за помощью к соседям, до приезда скорой обзавелась двумя помощниками и вместе с ними сумела волоком втащить хрипящего, хоть и явно обморочного Савелия в его комнату. Уложили на кровать, брезгливо морщась от застоявшегося в помещении смрада.