Демоницы присели в глубоком реверансе, склоняя головы. А Шелару всё меньше радовала перспектива разыгрывать из себя благородную леди. Она без энтузиазма смотрела на камеристок.
– А можно как-то обойтись без них?
– Они не будут тебе докучать. И будут появляться только, когда тебе понадобятся. Видишь эти кулоны? – Айша указала на их золотые подвески с обсидианом. – Они приведут их к тебе при необходимости.
– То есть, я могу их отпустить сейчас?
– Как пожелаешь. Но я бы на твоём месте для начала распорядилась приготовить мне ванну и долго лежала бы, наслаждаясь тем, что завтра никуда не нужно ехать.
– А заманчиво, – признала Шелара.
– Мирриалла, Талесса, – скомандовала Айшариль, и девушки с поклоном удалились за зеркальную дверь. – Видишь, как просто. Достаточно просто приказать.
– Я уже забыла, как это делается.
– Я уверена, ты быстро вспомнишь. Это не труднее, чем владеть мечом, – успокоила Айшариль и пошла к выходу. – Наслаждайся ванной, и увидимся утром.
Айша быстро покинула спальню, оставив её в одиночестве, и, когда закрылись створки внешних дверей, Шелара явственно услышала звук закрывающегося на ключ замка. Об этом определённо стоило подумать. Шелара сняла куртку и небрежно бросила на ближайшее кресло. Вид из окна здесь просто потрясающий... Океан был спокоен, в его мелких волнах играли солнечные блики, а вода казалась непроницаемо-синей, бескрайней, плотно обхватывающей кусочки зелёных островов. Над его переливчатой поверхностью, у берегов, парили чайки, вылавливая неосторожную рыбу.
– Госпожа, ваша ванна готова, – сообщила Талесса. – Помочь вам раздеться?
– Нет. Я хотела бы побыть одна.
– Как прикажете, – кивнула девушка и исчезла во вспышке телепорта. Не стоило волноваться, что вторая удалилась так же.
Шелара протянула руку за спину и развязала шнуровку корсета. Он с глухим стуком упал на пол. К нему присоединились сапоги и одежда.
***
Айшариль приоткрыла дверь отцовского кабинета и по-детски шаловливо заглянула внутрь.
Солнце ярко освещало помещение, отражаясь в хрустале и лакированных поверхностях мебели, в зеркалах, в люстрах. И в гранях чистейшего горного хрусталя, украшавшего распущенные пепельные волосы Старейшины Вилькортина. Кабинет был полон тёплого радостного света.
– Папа?
Девисар обернулся от полки с книгами, где что-то искал до этого, и улыбнулся дочери.
– Я ждал тебя, милая.
Девушка быстро вошла в кабинет и крепко обняла отца, уткнувшись носом в его плечо. Он пах мёдом и корицей, совсем как Шейлирриан. Родной и сладкий запах окутывал покоем.
Поцеловав её в макушку, Вилькортин приобнял дочь за плечи и проводил к уютным креслам и столику, стоявшим возле окна. За веером рамы простирался цветущий ухоженный розарий, его пышная зелень едва заметно колыхалась от дуновений океанского бриза и действовала умиротворяюще.
Айшариль села в глубокое кожаное кресло, и он положил узкую ладонь ей на плечо.
– Как прошла поездка?
– Прекрасно! У меня потрясающие новости!
– И у меня, – довольно признался Старейшина.
– Ох... Какой загадочный вид! Рассказывай первым.
– Что ж, я не против, – легко согласился мужчина. – И, знаешь, у меня есть отличное вино, которое придётся как нельзя кстати!
Он отошёл от кресел и приблизился к шкафчику слева от библиотечной полки, где за хрустальной дверцей стояла его коллекция лучших вин мира. Айшариль с любопытством наблюдала, как отец достаёт бутылку редчайшего талльского вина и пару высоких хрустальных бокалов.
– Ого! У тебя настолько хорошие новости?
– Не каждый же день я готовлю помолвку наследника, – самодовольно признался князь, с громким хлопком открывая бутылку.
– Что ты готовишь?! – ахнула Айшариль, вставая с удобного кресла и гневно разворачиваясь к отцу.
– Я знаю, милая, он стал тебе дорог за прошедшие годы, но, пойми, мы не можем больше ждать, – он медлил, неспешно разливая алую жидкость по бокалам. – Свадьба состоится этим летом. Большинство Старейшин уже одобрили мой выбор.
Айша поджала и без того тонкие губы, сдерживая порыв начать спорить и, в конечном итоге, разругаться. Подумать только! За её спиной приготовил помолвку! В глазах ощутимо потемнело от чернейшей ярости. Она ненавидела, когда рушились её планы. Но ярость её делу совсем бы не помогла, и она усилием воли заставила себя перевести дыхание и немного успокоиться. Стоило подождать и выведать всё, что он намерен делать, и насколько опасен для неё его замысел.