Яркая вспышка света ослепила арши на мгновение, и слабый поток тёплого ветра обдул лица, заигрывая с волосами Алого, как с пламенем. Когда демоны открыли глаза, всё вокруг изменилось: перед ними была уже светлая мраморная телепортационная в саду резиденции Тианшель. Нежный океанский бриз блуждал по зелени, разносил по саду ароматы цветов и свежескошенной травы, и белая просторная беседка из камня с золотыми рунами так и приглашала провести здесь пару часов в раздумьях и покое. Можно даже с книгой... Или с бокалом вина.
– И что хочет от тебя наместник? – спросил Эжен, присаживаясь на широкую округлую скамью, и взмахнул рукой, ставя на беседку «полог тишины». Дейриан фривольно сел рядом, снова откидывая с лица растрёпанные алые волосы.
– Шкуру Шерри!
– Что?!
Мираль рассмеялся, запрокидывая голову.
– Селлестераль сказал, что Шерри сам связался с ним и даже рассказал, где его найти. Он сейчас сопровождает Шейлирриана и Айшу на материке. Похоже, готовится что-то серьёзное, как считаешь? – Дейриан с улыбкой замер, глядя в глаза Эжену. Ему тоже пришлось в ответ взглянуть в радужки цвета запекшейся крови.
– Едешь один?
– Нет, на границе возьму пару ребят из «свободных». Ловить придётся и Шейлирриана, неудобно получится, если он узнает своих верноподданных.
– А того, что он может узнать тебя, не боишься?
– Наёмник не настолько хорош. А принц и подавно. Полукровка.
– Там ещё будет Айшариль.
– Невоспитанная девица с мечом наперевес? Друг мой, это несерьёзно.
– Самонадеян, как всегда! Когда выезжаешь?
– Самодостаточен. Но сейчас беру девять арши, а то могу увлечься... Тебе зачем?
– Набирай восемь «свободных», я в деле.
– Ты собирался искать Альшера.
– Одно другому не мешает, я всё равно еду за ним на материк. Тем более, он сам найдёт меня, как только развлечётся как следует.
– Странно, что он развлекается без тебя. Не хочет портить себе настроение твоим морализаторством?
На насмешку Эжен только улыбнулся и расслабленно облокотился на каменную спинку скамейки. В тёмных сапфирах глаз вспыхнули огоньки веселья.
– Просто у нас теперь слишком мало свободного времени.
– И ты найдёшь его сейчас, князь?
– Приказ наместника даёт мне священное право послать к первым демонам дела на неделю-другую. Строительство порта задерживается, со всем остальным сестра справится сама.
– О, боги! Тиалинн на целую неделю окажется без твоего надзора, а я буду на Материке. Как несправедлива жизнь…
Князь безмятежно вздохнул, любуясь своей белоснежной резиденцией, острыми шпилями подпирающей небо. Алый просто не мог не издеваться над ним.
– Даже думать забудь о моей сестре.
– Не ревнуй, Эжен. Это сильнее меня.
– Что ж. Сейчас я переодеваюсь, и мы едем к «свободным».
– Ох, дай хоть поздороваться с Тиалин.
***
Иногда стоит лишь попытаться изменить свою жизнь, чтобы понять, насколько это бессмысленное занятие. Меняя путь, по которому идёшь, меняя дом, в котором живёшь, ты всё равно остаёшься собой, и до конца изменить не можешь. И тогда прошлая твоя жизнь неизбежно настигает. Где-нибудь в сотне миль от точки отсчёта, да ещё и в старом негодном сарае.
Кайра мучительно вздохнула и посмотрела на Стекло в своих руках. На что она надеялась, уезжая из столицы? Что с удачливой хитрой напарницей найдёт лучшую жизнь и встретит счастливую старость где-то подальше от поборов Воровского Дома и Управления? Стекло в ладони тихо звякнуло о серебряное колечко на пальце. Добро пожаловать в реальный мир, Кайрина. Пора домой.
Хотя, кто сказал, что нужно решать эту проблему в одиночку? Что эта шкатулка значит для Шел? Просто трофей.
Приободрившись, Кайра, плетущаяся в конце отряда, спрятала Стекло в карман, слегка пришпорила коня и нагнала Шелару, дремавшую в седле.
– Шел!
– М-м?
– А помнишь, когда ты обчистила кабинет Портера, ты у него какую-то шкатулку одолжила?
– Помню.
Сонливость моментально испарилась. Почему-то, казалось бы, простой вопрос заставил внутренне напрячься, и тихий звоночек в груди, сродни интуиции, возвестил об опасности. «Не говори, не говори, не говори», – зашептал внутренний голос, как и тогда, в кабинете. Когда уговаривал забрать шкатулку.
– А что в ней было? – безразлично поинтересовалась рыжеволосая, потягиваясь и разминая затекшую спину.