Шейлирриан энергично спрыгнул с коня, от движения по его плащу прокатился водопад капель, потом снял с седла Айшариль. Вот у кого оставались силы! Смеясь, пара вошла в таверну, откуда раздавался шум чужого кутежа. Кайрина, тоже бросив коня на попечение Шерри и Шелары, поспешила в тёплый дом, стряхивая с волос воду. А сама Шелара, едва чувствуя озябшее тело, слезла с Трюфеля и перекинула поводья.
– Выглядишь ужасно.
– Спасибо, Шерри.
Демон снял перчатку и нежно коснулся её влажной щеки, провёл пальцами до губ, и повернул к себе её личико.
– Тебе нужно в дом. Ты слишком замёрзла.
– Нет, сперва нужно отвести коней.
Шелара отвернулась и стала неловко отцеплять от седла перемётную сумку.
– Думаю, здесь есть конюх.
Дверь двора распахнулась, выпуская лохматого светловолосого подростка, тот, пригибаясь под дождём, ухватил за поводья Рилла и Рэску и потрусил по чавкающей под ногами грязи куда-то за дом.
– Видишь?
– Вижу. Идём за ним.
– Ну что же ты такая упрямая?
Арши вдруг перехватил её запястье и привлёк девушку к себе, крепко обняв за талию. Наградой ему были её широко распахнутые напуганные глаза. Демон лишь тихонько рассмеялся, глядя в них, и прижал обнажённую ладонь к её щеке. Шелара настолько была обескуражена, что даже не двигалась в его руках, завороженная демоном. По его волосам текли потоки воды, и локоны змеились, всё больше приобретая сходство с молоком.
– Ты просто слишком, слишком замёрзла, – прошептал он, склоняясь всё ближе и ближе.
Когда между ними оставалось лишь пара мгновений и ещё меньше дюймов, Шелара сдалась и закрыла глаза. На смену ледяному дождю пришло тёплое дыхание арши и его мягкие губы. Он нежно и осторожно прикоснулся к её устам, даря медленный, тягучий поцелуй и забирая весь холод, скопившийся в теле. Он пил этот холод, как родниковую воду, всё целуя и целуя её.
Когда же Шерри отпрянул, Шелара прерывисто вздохнула, пытаясь выровнять сбитое дыхание. Её голова кружилась, как от бокала вина, а ладони были горячи. Больше она не дрожала, только одежда всё ещё мокрым коконом липла к телу.
– Магия, – выдохнула она.
Шерри в ответ приложил палец к маске:
– Тш-ш. Это будет нашей маленькой тайной.
– А обязательно было? Это…
– Поцелуй?
– Да.
– Не обязательно. Но должен же я что-то получить взамен!
Арши подмигнул и, забрав у неё поводья, повёл коней в конюшню. Кхорн послушно последовал за ним, носом то и дело ласково тычась в плечо арши.
Шелара прижала ладонь к горящим губам и покачала головой. Благородный мерзавец, чтоб его демоны побрали!
Стоило войти в таверну, как к ней потянулись чужие жадные взгляды. Одинокая девушка, как же! Не обращая внимания на сальные предложения пьяных поклонников, и шуточки, льющиеся со всех сторон, Шелара прошла между столов, к дальнему, где сидели арши.
– А где Кайра?
– Наверху. Переодевается, – пояснила Айша, увлечённо заплетая Шейлирриану сложную косу. Явно какая-то традиционная причёска.
– Какая комната?
– Трактирщик сказал, последняя по коридору. Слева или справа, смотри сама.
Поблагодарив, Шелара упорхнула искать комнату и подругу. И та и другая нашлись сразу. Кайрина как раз выходила из дверей и закрывала их на ключ.
– Стой-стой-стой!
– Стою, – замерла Кайра у двери.
Шелара забрала ключ и зашла в комнату.
– Я вниз. Кстати, тут ванная есть. Там вот, за дверью, – Кайрина пальцем ткнула в сторону некрашеной дощатой двери сбоку. – Но воду надо заказывать у трактирщика, каменный век, водопровода, как в Лерде, нет.
– Ой, закажи, пожалуйста, – попросила Шелара, стаскивая с себя сапоги и промокшие брюки.
Угукнув что-то одобрительное, Кайра ушла.
Шелара, порывшись в сумке, достала запасную одежду и задумалась. Потом, решившись, надела сухие кожаные бриджи со шнуровкой по бокам и вязаный свитер с длинными рукавами, он слегка покалывал кожу, но был настолько тёплым и уютным, что можно было простить ему такую мелочь. Поправляя ворот, она дотронулась до шеи, проверяя, чтобы шнурок не торчал. Вторая рука сама потянулась к холодному ключу под одеждой, который скользил по гладкому животу и будил стайки мурашек. Его присутствие дарило странное чувство покоя. Затем Шелара зашнуровала сапожки, благодаря Пресветлых богов, что не пожалела денег на зачарованные от промокания, и спустилась в зал.