Я открыла глаза и уставилась в уже знакомые, синие.
— Опять будешь спрашивать, опасный ли я? — спросил хмуро парень.
Мотнула отрицательно головой.
И, не рискуя посмотреть на стоявшую рядом женщину, — мне достаточно было ее силуэта, едва различимого в полумраке, и исходящего от нее недовольства — вытолкнула из себя хрипло:
— Я снова в обморок упала, да?
— Да. И мне пришлось пастухов звать, чтобы они помогли дотащить тебя до дома до Двулуния, — сообщил мне сварливо.
— Пока Низень не проснулась, ага… — повторила старательно пока непонятную информацию и сглотнула. — Скажи… а как называется эта местность?
— Смотри-ка, мозги у тебя не до конца сгорели! — непонятно чему восхитился парень, — Коврич это, запустошный.
— Не Романовка, — протянула.
— И не слышал о таком.
— Не Россия?
— Да вроде нет городов таких поблизости… Хотя я в картах не силен — академий у нас нет, хоть я и дрыщик, но не ученый, — смутился отчего-то.
— И я в твоем доме?
— Вообще-то в моем.
На это ядовитое замечание пришлось отреагировать.
Я повернула голову и в свете блеклой… хм, лучины рассмотрела дородную женщину в многослойном одеянии, похожем на натянутые одна на другую рубахи разных размеров и с разной длиной рукава.
— Здравствуйте, — сказала тихо и почти смиренно. Потому что все больше осознавала, что я — гостья, а они — хозяева. Не в доме, нет, в совершенно другом… месте.
Даже на мыслях этих хотелось дрожать и плакать.
— Я — Ада.
— И все? — еще более ядовито уточнила женщина. — А кто по занятию и энергии не сообщите?
— Ма-ам, — протянул парень несчастно. Врочем, я была несчастней. Я не понимала, что я могу ей сообщить? Ада из рода проектных специалистов? С энергией денег?
— Чего? — отозвалась женщина грубо, — А если она… из этих? Тьфу, произносить не хочу даже… Ты подумал об этом? Накличешь гнев на семью — я первая сдам тебя воинам!
— Да видно же, что из колодца вывалилась! — сердито буркнул мальчишка, — Ты посмотри на нее — она про это даже не помнит и не понимает, как и все, кто землю сквозь проходят… Я таких не встречал пока, но странники рассказывали.
— Не помню, — с готовностью подтвердила, — Наверное мне надо заново многое повторить. Вспомнить…
— Колодцы пронзают насквозь весь мир, — назидательно сообщил мальчик и сунул мне рот еще одну ложку неизвестной еды. Почему-то меня даже не возмущало и не удивляло, что он меня кормит. Видимо это было самым не-удивительным сейчас, — Всем известно, что попадают туда от большой беды — и потому память и теряют, не хотят вспоминать, что было.
— Ты помогаешь тем, кто из колодца вывалился? — уточнила.
— Дрыщики всем помогают, — пожал плечами мой спаситель, и пока я мучительно размышляла, уместно ли спросить все-таки, кто такие дрыщики — вдруг я не имела права такое забывать ни при каких обстоятельствах? — пробормотал себе под нос, — У нас же два пути — чувствовать или убивать. Так что ж остается?
Убивать меня не стали, да.
Тут же, где кормили, на жесткой лавке, предложили лечь и даже накрыли какой-то тряпкой. Измученный организм просто отключился в третий раз за последние сутки… А когда пришел в себя, солнце уже проникло внутрь строения. Я села, покряхтывая и потирая отлежанные бока и затекшую шею, и осмотрелась.
Дом, в котором меня приютили, был наполовину из камня — наполовину из глины, с окном в круглом потолке и дверью из связанных кольев. На земляном полу стояло несколько деревянных лавок, грубый стол, в углу были свалены тряпки, а рядом — непонятный мне механизм, тоже деревянный. Ну и жаровня посередине, похожая на каменное ведро с угольками.
Вот и вся обстановка.
Я осторожно спустила ноги — ботинки с меня никто и не снял — и, передвигаясь бочком, отодвинула дверь, висевшую вместо петель на кожаных ремнях.
Выглянула наружу.
Запустошный Коврич оказался поселением из домов, похожих на конусы, хаотично прилепившихся на каменистых холмах. Вокруг каждого дома была изгородь с перевернутыми глиняными горшками, что-то вроде огородов и угольных запасов, а чуть дальше виднелись луга с вполне себе зеленой травой на которой паслись разные животные.
Овечки там, мамонты…
Я сглотнула, и так же медленно и осторожно, как выглянула, задвинулась назад и снова села на "свою" лавку.
Пересчитала свои пальцы.