— Вот этот? — я указал пальцем на цветок с синими лепестками, обычное растение, его можно встретить повсюду и я никогда бы не подумал что оно способно помочь от мозолей. Да и не нуждался я раньше в таких цветках.
Ведьма кивнула и тоже прикрыла глаза, она сидела прислонившись к стволу дерева и мне очень сильно казалось, что она за мной наблюдает. А во мне боролись два чувства, недоверие и здравый смысл. Ей все равно не сбежать, а враждовать со мной Аталине не с руки, она будет пытаться всеми силами задобрить меня. Поэтому цветок, скорее всего, реально помогает. Я поднялся на ноги и похромал к ближайшему растению. Снаружи ничего необычного, цветок как цветок, я нагнулся, ещё раз внимательно осмотрел лепестки и взялся за стебель. Потянул на себя и чертыхнулся отскакивая назад и бросая растение на землю. К корню прицепился белый паук, не опасное, но весьма противное создание, да и убить его не составит труда. Вот только есть одна проблема, я ненавижу пауков, любых.
Пока у меня велась разборка с маленьким представителем арахнидов, краем глаза я видел что Аталина в это время во всю улыбалась, чуть ли не смеялась. Вот ведь стерва, зуб даю, она знала об особенности этих цветов и то что корни излюбленная пища белых пауков. Ну ничего, я тебе ещё припомню, стервозная ты наша.
Я одержал победу, правда не скажу что беззаговорочную, этот членистоногий изрядно меня напугал своими прыжками. И тут не поймёшь кто больше испугался, я или он. И не узнаешь кто от кого иногда убегал, я от него или он от меня.
— Ты прямо гроза арахнидов, — Аталина уже смеялась во всю, а Эйрис с остальными непонимающе смотрели на меня и ведьму.
— Ноги оторву и скажу что так и было, — буркнул я в ответ на слова Аталины, затем достал нож, приземлился на свое прежнее место и принялся очищать корень от грязи.
— Ты жесток, — Аталина звонко рассмеялась, я тоже не удержался и хмыкнул. Какая же она все таки стерва, но не скажу что мне это не по душе, скорее даже наоборот, с ней интересно.
Наконец корень был очищен, он чем то напоминал маленький плод, фиолетового цвета. Нож с лёгкостью разрезал на вид толстую кожуру и по руке потек сок, его было очень много. Скорее всего ранку надо смазывать вот этой прозрачной жидкостью, что я и принялся делать. Стало невероятно больно, из глаз брызнули слезы, но я терпел, даже не выругался вслух, только про себя. Все оскорбительные слова что вертелись у меня в голове, абсолютно все были направлены а адрес стервозной ведьмы, которая в данный момент с интересом наблюдала за мной. Скорее всего она ждала что я закричу, поэтому я не мог показать ей собственную слабость.
Ранка на ноге начала затягиваться на глазах, что меня сильно удивило и одновременно обрадовало. Одно нарушало радостное зрелище — боль, она никак не желала стихать.
— Ну что, все отдохнули? — я и сам не заметил как прошло два часа с момента нашей остановки. Все это время я сидел с закрытыми глазами пытаясь утихомирить огонь, в который превратилась моя нога. Корень действительно помог и это не могло не радовать, Аталина помогла своим советом. Для меня это было странно, неужели она так сильно пытается втереться мне в доверие?
Вскоре мы снова продолжили путь, ведьма шла рядом, а я изредка ею любовался. Все же она красивая, эти волнистые волосы, зелёные глаза. Пару раз наши взгляды пересекались, но каждый из нас старался сделать вид что смотрит совсем в другую сторону. Получалось как то по детски, но я ничего не мог с собой поделать.
— Я понимаю что боль затуманила тебе рассудок, но не думаю что до такой степени, чтоб ты не смог меня поблагодарить, — Аталина заговорила первой.
— Ох спасибо тебе огромное, а ещё спасибо что не предупредила за паука, — ты смотри, она ещё от меня слов благодарности ждёт, вот же…
Однозначно тёмная, ну не может в светлой быть столько язвительности. В каждом её слове проскальзывают такие нотки, что хочется снова использовать на ней заклинание безмолвия. Но я этого не сделаю, идти в тишине слишком скучно, мне хватило прошлого раза когда Вайрис учил Рорика, а мне почти всю дорогу приходилось молчать.
— Я тебе говорил что ты стерва? — наши взгляды снова пересеклись, в глазах девушки проскальзывали искорки смеха.