― Тренировка у вас сегодня, да? ― на выдохе спросила она, проваливаясь в мягкость кресла и подгибая ноги, чтобы коленками прикрыть грудь.
― Ага, посмотреть придете? ― он откинулся на спинку, вытягивая ноги и убирая руки за голову.
― Конечно, ― она кивнула сама себе, поскольку Рон благородно больше не смотрел в ее сторону.
― Такая рань, а уже кто-то не спит!
Рон с Оливией одновременно повернулись на звук голоса, и последняя закатила глаза. Она терпеть не могла эту девчонку, и сама не смогла бы объяснить почему. Слишком громкая, слишком приторная, слишком писклявая, слишком надоедливая.
― Доброе утро, Лаванда, ― поздоровался Рон, теряя к ней сразу же интерес.
― Бон-бон, ты никогда так рано не вставал.
Оливия не смогла сдержать смешка, и прикрыла руками рот. Рон кинул на нее затравленный взгляд, качая головой. А Лаванда между тем продолжала вещать о чем-то, что Оливия готова была пропустить мимо ушей, но, когда та протиснулась в тесное пространство между диваном, на котором сидел Рон и креслом, Оливия уже не смогла игнорировать.
― Оливия, ты в таком виде всегда ходишь? ― она хищно вцепилась взглядом в ее одежду. ― Здесь тебе не публичный дом, знаешь ли.
Оливия, не ожидавшая ничего подобного, застыла с открытым ртом. Ей надо бы ответить, что-то сказануть такое острое, чтобы словами проткнуть пузырь надменности Лаванды, который прямо сейчас раздувался на глазах, но не могла.
― Дресс-код только на уроках, Лав, ― отозвался Рон, ― не будь такой грубой.
Оливия выдохнула, но то, как легкомысленно Рон произнес это, ей не понравилось. И вроде встал на ее защиту, а вроде и нет. И то самое острое, что не смогла придумать Ливи минуту назад, сейчас почему-то больно утыкалось ей в ребра.
Фыркнув, Лаванда покинула гостиную, что было странно, учитывая раннее время, но Оливии было все равно. Она продолжала молчать, чувствуя неловкость.
― Вы не ладите, ― высказал очевидную вещь Рон, посмотрев на нее.
― Не люблю дерзких, ― Ливи встала с кресла и, не смотря в его сторону, поднялась к себе в смешанных чувствах.
Ее не покидало ощущение, что Рон имел в виду отнюдь не Лаванду в своем высказывании. Желая рассказать обо всем сестре, Оливия запрыгнула к ней на кровать, начиная тормошить.
― Просыпайся! Просыпаааааайся!
― Отстань, ― сонно протянула Эл, накрываясь с головой одеялом.
― Мне нужно тебе кое-что рассказать, и я не хочу терпеть.
― Что случилось? ― Эл подскочила, в миг просыпаясь.
Оливия хладнокровно поделилась последними минутами, красноречиво наделив мерзавку Лаванду неэтичными словами, на что Эл согласно закивала. Однако переживания по поводу Рона не разделила, сказав, что Ливи все выдумывает и видит проблему там, где ее нет. Не особо убежденная, но решившая, что просто отпустит эти мысли, Оливия ушла переодеваться, договорившись встретиться с сестрой днем, чтобы вместе отправиться на тренировку по квиддичу, поскольку утренние часы собиралась посвятить библиотеке.
Эллис не знала, чем заняться полдня, пока ее сестра сидела в библиотеке, а Гермиона делала домашние задания. На все уговоры присоединиться, Эл отмахивалась, не желая портить субботу уроками.
― Лучше сделать все сразу, чем откладывать на последний выходной, Эллис, ― нравоучительно говорила Гермиона, тыкая в нее пером.
― В воскресенье настроение в упадке, Гермиона, и именно поэтому уроки нужно делать именно в этот день, ― закатывая глаза, отвечала Эл.
― Но у вас и так пока недостаточно знаний, я могла бы тебе помочь, ― настаивала Гермиона, отчего Эл думала, что той просто скучно все делать одной.
― Спасибо, но у меня тут дело одно, так что я позже присоединюсь, ― отнекивалась она.
― Но позже мы идем смотреть тренировку, ― возмущалась Гермиона так искренне, что Эл жалела о своем решении посидеть с ней за одним столом. ― Оливер никогда не позволял присутствовать кому бы то ни было.
― И я очень хочу посмотреть, ― кивала она, поднимаясь, чтобы уйти куда подальше.
Слоняясь без дела, Эл приняла решение отправиться на поле чуть раньше, чтобы подышать свежим воздухом и полюбоваться красотами. Она знала, что Оливер в качестве исключения позволил им присутствовать на тренировке, и, одевшись потеплее, Эллис решила занять самые высокие места на трибуне. Она предвкушала увидеть своими глазами вживую такой спорт, а не через сон, где было все слишком нечетко. До сих пор не укладывалось в голове, как такое возможно. Метлы, высота, летающие мечи и игроки, рассекающие воздух на высокой скорости! Эл не являлась ярой поклонницей обычного футбола, но порой они с сестрой смотрели ради развлечения, чтобы вдоволь покричать на телевизор, пусть даже и невпопад. Но вот магический спорт ее привлекал своей загадочностью, и что скрывать, волшебностью.