― ТЫ СОВСЕМ КОНЧЕНАЯ ИДИОТКА? ― заорал он. Его руки мелко подрагивали, глаза лихорадочно блестели, а на бледной коже проступили алые пятна ярости. ― ОТВЕЧАЙ!
Эл всхлипнула, ее мозг продолжал отказываться от работы. Она не могла ничего сказать, дыша открытом ртом. Малфой, схватившись за волосы, начал расхаживать туда-сюда.
― Это должно быть долбаная шутка! Ты убиться решила? При мне, чтобы меня потом в Азкабан упрятали? Что ты тут вообще забыла?
Он развернулся к ней, прожигая ненавистным взглядом. Что-то в груди зашевелилось от обиды. Она же не специально! Это все их идиотский шар с крыльями!
― Я пришла на тренировку Гарри и Рона, ― дрожащим голосом произнесла она, пытаясь подняться на ноги. ― Хватит орать на меня! Я не собиралась падать! Это все твой снитч, чтоб его расщепило!
Малфой рассмеялся хрипло и натянуто.
― Ты, ― он ткнул в нее пальцем, сжав губы. Желваки ходили ходуном на заостренном лице. Затем он, выдохнув, указав на нее еще раз, и пнув ногой воздух, подхватил метлу. ― Убирайся отсюда! ― выкрикнул он напоследок, прежде чем скрыться в раздевалке.
Стоя посреди поля и глотая слезы, Эл не могла сдвинуться с места. Произошедшее отбивало ритм по вискам отголосками страха. Она еще никогда не оказывалась так близко к собственной смерти, и теперь, думая об этом, ее пробивал холодный ужас, что опоздай Малфой хоть на секунду, все закончилось бы слезами сестры на ее могиле. Она выдохнула, вытерла щеки и зашагала в сторону замка. Никакая тренировка ее больше не волновала, она вообще вряд ли сюда когда-нибудь вернется.
Вернувшись в спальню, Эл благодарила небеса, что не встретила никого из друзей, а тем более сестру. Та бы ни за что не поверила, что она приболела и потому останется в башне Гриффиндора. Забравшись в постель, Эл позволила эмоциям выплеснуться наружу. Страх все еще держал ее, перемешиваясь с острой обидой. Прокручивая в голове каждый момент, она приходила к выводу, что как бы Малфой на нее не злился, он все же спас ее. И стоило бы его поблагодарить. Но также, она была уверена, что он разболтает об этом всему замку, выставив ее реальной дурой, решившей покончить с собой таким глупейшим образом.
Сестра нашла Эллис ближе к вечеру, ворвавшись в спальню, будто спасаясь от пожара. Она сорвала одеяло, уставившись на нее безумным взглядом.
― Ничего мне объяснить не хочешь? ― обманчиво спокойным тоном спросила Ливи.
Вздохнув, Эл оторвала себя от подушки. Ее глаза опухли, голова горела адским пламенем, а тело ломило от долгого лежания в одном положении. Она, конечно, думала, что сказать сестре, ведь очевидно, что та ее потеряет. Но не придумала ничего лучшего, чем рассказать правду. И эта правда далась ей с трудом. Эллис заикалась, вздыхала, дрожала, жмурилась, но рассказывала все от начала и до конца. И в конечном итоге, она не смогла посмотреть в глаза сестре, прекрасно зная, что сможет там увидеть.
Между ними действительно была разница лишь в четыре минуты. Но в реальной жизни эта разница играла огромную роль. Оставшись почти сиротами, Оливия возложила на себя неподъемную ношу ответственности за них обеих. Она держала в узде все свои желания, позволяя младшей сестре быть собой. Несмотря на то, что тетушка обложила их настоящим теплом, заботой и любовью, взращивая в них исключительно положительные качества, все же полноценной семьей их назвать было трудно. В школе это чувствовалось по-особенному тяжело, когда на праздники их друзей обнимали родители, сестры прижимались к родной груди тети, крепко держа друг друга за руки. И сейчас сердце Оливии сжимал арктический холод страха. Она долго молчала, переваривая все, что услышала, затем горько вздохнула и обняла сестру с тихими словами на губах:
― Надо будет отправить Малфою подарок. Что там нынче дарят заносчивым задницам, не знаешь?
Эллис замерла, а потом разразилась громкими рыданиями от облегчения.
― Он так орал, ты бы слышала! ― пожаловалась она какое-то время спустя.
― Именно поэтому сейчас на тебя не кричу я, ― с трудом, но все же улыбнулась Оливия.
― Думаешь, он расскажет кому-нибудь?
― То, как ты перепрыгнула ограду, чтобы почувствовать себя ловцом? ― Ливи выгнула бровь, зажимая верхнюю губу зубами, явно сдерживая смех.
― Прекрати издеваться! Этот мяч околдовал меня, понимаешь?
― Охотно верю, ― покачала она головой, что противоречило ее же словам. ― Ладно, ― она хлопнула себя по коленям и встала. ― Кстати, это не так важно, но... Оливер позвал меня на свидание.
Глава 3. Урок прорицания
Глаза Эллис расширились, она вскочила с кровати, хватая сестру за руку и разворачивая к себе лицом.