― Да как ты... Да я... Знаешь, что?
Не найдя подходящих слов, Эл встала, пыхтя от негодования и кинув на сестру красноречивый взгляд, вылетела из большого зала.
Эллис летела по коридорам замка, не разбирая дороги. В ней клокотала ярость и обида. И даже уже не на Снейпа, будь он проклят, а на сестру. Как Оливия так может? Она и так терпела слишком долго, чтобы в итоге проглотить очередную низость с его стороны?
Ворвавшись в гостиную, Эл даже не поняла, как добралась до башни, учитывая, что до сих пор терялась в запутанных переходах и бесконечных этажах. На автомате переодевшись в черную водолазку, под стать своему мрачному настроению, натянув джинсы, она вылетела обратно в стылый пустой коридор.
Ей нужно было найти место, чтобы остыть. Подумать. Чтобы при встрече с сестрой не наговорить гадостей, потому что градус ее эмоций находился слишком высоко. И, зная себя, ей необходимо немного времени, чтобы успокоится.
Она спускалась, сворачивала, шла прямо, сворачивала и вновь спускалась. Переходила, поднималась, заворачивала и вновь переходила. С каждым шагом осенний сквозняк, проникающий через тонкие окна, пробирался по коже, охлаждая ее. И с каждым шагом понимала, что здравое зерно в словах Оливии имелось. Как ни крути, сестра права. Ей стоило попридержать свой язык, а не вступать в открытую конфронтацию с преподавателем школы. Да еще и с таким, как Снейп. Как это он еще сразу к директору не отправил?
Эллис остановилась около большого окна, в щелях которого ветер завывал унылую мелодию, отдающую вибрацией в сердце. Лунный свет разбавлял вечерний мрак, падая на лицо и делая кожу сияющей. Любуясь ярким круглым диском, Эл думала, что пора бы возвращаться и помириться с Оливией. Она усмехнулась сама себе, удивляясь, как они допустили ссору на глазах посторонних.
― Вот так встреча, ― раздалось за спиной, и Эл вздрогнула, приложив руку к груди.
Ей даже не требовалось оборачиваться, чтобы узнать, кому принадлежат столь надменные ноты. Это судьба ей мстит за что-то? Явно же, что такого просто не бывает, чтобы столько сразу наваливалось.
Повернувшись, Эл скрестила руки на груди, неосознанно огораживаясь от слизеринца.
― Иди куда шел, Малфой, ― устало проговорила она. ― Мне не до тебя.
― Знаешь, я вот даже и не знаю, стоит ли оставлять тебя одну. Мало ли, решишь, что из окна Хогвартса вывалиться зрелищней, чем с трибуны, ― он демонстративно смахнул челку с глаз.
― Смешно, ― Эл отвернулась обратно к окну, намекая, что на этом их диалог окончен.
Но когда это останавливало Драко Малфоя, верно?
Она видела его в отражении стекла, облаченного во все черное, словно порочный ангел, восставший из ада, чтобы стать ее личным палачом.
― Не вежливо стоять спиной к собеседнику, ― его голос сочился весельем, что вряд ли предвещало что-либо хорошее.
Но Эл было откровенно плевать. Сейчас действительно не тот момент, для того, чтобы придумывать острые ответы, отбивая его пикировки.
― Очевидно, я не расположена к разговору, ― она вздохнула, опираясь руками на подоконник, о чем тут же пожалела.
То, каким взглядом Малфой прошелся по ее фигуре, задерживаясь на заднице, пустило волну дрожи по позвоночнику. Она повернулась лицом к нему слишком резко.
― Ты стала звездой сегодняшнего дня, ― он склонил голову на бок, упираясь кончиком языка в краешек губ. ― Глупая или отчаянная?
Малфой демонстративно покачал руками, изображая весы. Она фыркнула, не желая мусолить эту тему. Но, должна была признать, что скорее всего глупая, о чем ему, разумеется, знать не обязательно.
― Малфой, что тебе от меня нужно?
Он засунул руки в карманы брюк, опустив голову ненадолго, будто обдумывая ее вопрос. А когда посмотрел вновь, то его ухмылка больше походила на оскал.
― Благодарности.
Эллис выпустила вдох. Она его так и не поблагодарила за спасение, и теперь он здесь, стоит в метре от нее и смотрит на нее выжидающе. Хочет, чтобы она произнесла это? Что ж, ей не сложно, в конце концов, она и сама хотела.
― Ты прав, ― вздернув подбородок, произнесла она твердо. Сглотнула. Отчего-то думать об этом было легче, чем сейчас говорить.
Малфой приподнял насмешливо бровь, явно сдерживая себя от смеха. Как пластырь, уговаривала она себя, сорвать и забыть.
― Это все? ― он преувеличенно-удивленно приложил руку к груди, отыгрывая роль мерзавца.
― Малфой, ― Эл подобралась, облизав губы, ― я благодарна тебе за спасение своей жизни. Спасибо.
Кивнула для убедительности, и, не дожидаясь его ответа, хотела пройти мимо, но крепкая хватка на предплечье задержала ее.