Глава 5. Игры по-взрослому
Эллис потащила сестру в спальню, кинув удивленным друзьям, что у нее разболелась голова. Так себе оправдание, но на большее она сейчас способна не была.
― Что это такое? ― тут же зашептала она, как только за ними закрылась дверь.
Оливия сжимала и разжимала руку, наблюдая, как заряды переливаются в темноте.
― По-твоему я знаю? ― огрызнулась она и выдохнула. ― Я не знаю, Эл. Это появилось внезапно. Я почувствовала покалывание, когда... в какой-то момент и вот.
Эл долго смотрела на сестру, пока та пыталась сбросить волнистые побеги со своей руки.
― Ты почувствовала это, когда Лаванда пришла, так ведь?
Оливия вскинула голову, приподняв брови, но врать не имело смысла. К тому же собственной сестре.
― Да, ― как-то слишком обреченно согласилась она.
― Значит, это эмоции... ― Эл прикрыла глаза, запрокидывая голову, пытаясь выловить важную мысль.
― Я бы не назвала это сильными эмоциями, чтобы... Стой, Эл, ты считаешь, что это, ― она со всей силы тряхнула рукой, и электрические разряды наконец испарились, ― моя новая сила? ― последнее слово она прошептала.
― Да! Именно так я и считаю, ― заулыбалась она, но сразу же напряглась. ― Только я не понимаю, как это связано с тобой. Мой дар логично усилился, тогда как твой...
― Да уж, не особо вяжется с эмпатическими способностями, ― выдохнула Оливия, забираясь на кровать с ногами. ― Может, стоит сходить к Дамблдору?
― А если это не нормально? ― Эл уселась напротив нее. ― Здесь все колдуют палочками. Я ни разу не видела, чтобы кто-то смог сотворить нечто подобное.
― Слишком громко для человека, кто и двух месяцев здесь не провел, ― Оливия усмехнулась, повернув голову к окну. ― Я не уверена, что мне настолько нравится Рональд, понимаешь? Все это не имеет смысла.
― Почему ты так говоришь? ― нахмурилась Эл. ― Лив, не отгораживайся от чувств, если они возникают.
Эллис прекрасно понимала такую реакцию своей сестры. Однажды, Оливия была без памяти влюблена. Это чувство ее окрыляло, озаряя лицо счастливой улыбкой. Только вот закончилось все его предательством и ее разбитым на мелкие кусочки сердцем. С тех пор она не позволяла себе погружаться с головой в отношения, да что там, она не позволяла себе любить.
― Расскажи мне, где ты была, ― Оливия взяла за руки сестру, сменив тему.
― Ох, Лив, ― протяжно вздохнула Эл, принимая окончание малоприятной темы. ― Малфой, ― она развела руки в стороны, мол, этого достаточного, чтобы все объяснить. Но сестра приподняла вопросительно бровь. ― Он меня нашел и потребовал благодарность.
― Ах, точно! Ты же так и не сказала ему спасибо, ― Оливия с любопытством подсела ближе.
― Он зажал меня, надеясь, что я его поцелую, представляешь? ― Оливия ахнула, прикрыв ладошкой рот. ― Вот-вот! Но ничего он в итоге не получил. Достаточно и моего спасибо.
Сестры проговорили до того момента, пока не пришла Гермиона вместе с их вещами. Она не задавала вопросов, отправившись готовиться ко сну, что вызывало искреннюю теплоту в душе Оливии. Сама Оливия потащила упирающуюся сестру вниз, чтобы закончить уроки, о которых они так непростительно забыли. И на все мольбы Эллис дать ей списать, Ливи отвечала своим фирменным взглядом «даже не думай».
Первый матч в этом году между Когтевраном и Слизерином был назначен на субботу. Близнецы Уизли подготовили для всех зачарованные флажки, на которых огромная голова льва заглатывала змею, несмотря на то, что Гриффиндор даже не участвовал. Заняв места на трибуне, окрашенную в красно-золотые цвета, Эл глубоко дышала, отгоняя непрошенные воспоминания о первом и последнем своем появлении здесь. Оливия крепко держала ее за руку, разделяя переживания. А еще потому, что рядом сидел Рон, к боку которого приклеилась Лаванда.
Команды вышли на поле, выслушали наставления мадам Трюк и взлетели в воздух. Как только Эл увидела своими глазами, насколько потрясающе игра выглядит со стороны, то напрочь позабыла весь свой страх. Общее возбуждение и восторг передавались воздушно-капельным, в этом не было никаких сомнений. Малфой, облетая круг, кинул быстрый взгляд на их трибуны, задержавшись на Эллис. И отчего-то у нее перехватило дыхание.
Она не видела его всю оставшуюся неделю. Не то чтобы она искала, а в большом зале и вовсе старалась даже не думать в его сторону. Но сейчас мелкие иголочки вспарывали грудь необъяснимым волнением.
Первым счет открыл Слизерин, что отдалось взрывом голосов со стороны зеленых трибун. Рон вяло хлопал, а когда Лаванда что-то у него спросила, локтем пихнул Оливию, из-за чего она выронила флажок. И он даже этого не заметил! Она попыталась дотянуться, но не смогла и в этот момент Когтевран сравнял счет. Их трибуна завибрировала от оглушающего шума.