— Не думаю, Оливии вечно везет больше, — Оливия закатила глаза на такое глупое утверждение. — А ты бы могла быть и аккуратнее.
— Что? Ты же прекрасно знаешь, что это случилось впервые! Как по-твоему я должна быть аккуратней?
— Впервые? — удивилась Гермиона.
— На самом деле, мы скорее всего не знаем всех наших способностей, — пожала плечами Ливи, поднимаясь за сестрой в спальню. — Это место нас… делает сильнее, что ли.
— Это логично. Дамблдор сказал, что вы не совсем обычные волшебницы, я ожидала что-то вроде, знаешь, знаний уникальных заклинаний. Те же зелья, — она неопределенно взмахнула рукой, — у вас с первой минуты безошибочно получалось варить их.
— Видимо, это не все, — Эл махнула на них, чтобы они перестали болтать, так как их могли подслушать.
На протяжении дня Оливия чувствовала на себе взгляд Рона, и каждый раз, когда ловила его, он или скромно улыбался, или тут же отворачивался. И если изначально ее сердце сжималось, потому что ощущение интереса с его стороны расцветало в ее груди, то потом она поняла, что дело тут совершенно в другом. И убедилась она как раз после последней лекции, отстав от друзей. Этот идиот резко выскочил из-за угла, перепугав ее до полусмерти. Он уставился на ее руки, ожидая, что те сейчас начнут извергать молнии.
― Ты совсем сдурел? ― возмущалась она, тяжело дыша. ― Зачем ты это сделал?
― Хотел еще раз увидеть твою магию, ― прошептал он, оглядываясь по сторонам.
― Забудь об этом, ― она бросила на него гневный взгляд, проходя мимо.
Если так и дальше пойдет, то это может обернуться большой проблемой для них с сестрой. И пусть за ужином он вел себя, как ни в чем не бывало, Оливия теперь старалась быть начеку.
Когда Гарри с Роном ушли на позднюю тренировку, утянув с собой Гермиону, а Оливия вернулась в гостиную делать уроки, Эл решила заглянуть к совам. Совятня успокаивала ее, и в последнее время ей это было необходимо. Свежий воздух, пропитанный морозным ветром, охлаждал измученный мозг. Оставшись в этой школе, она думала, что их жизнь изменится, они найдут свое место и поймут кто они такие. И как оказалось, их жизнь действительно изменилась, только перемены эти несли в себе что-то не совсем хорошее. Раскрывать свою сущность по крупицам, не имея представления, к чему это приведет, довольно изнурительно. Особенно, если ты живешь в страхе, что тебя вышвырнут с позором, назвав фриками.
Замерзнув, Эл оттолкнулась от перил небольшого балкончика, желая вернуться в теплую башню. Она не заметила фигуру в тени, что наблюдала за ней. Ступая осторожно по полу, устланному совиным пометом и скелетами разной живности, ставшими вкусным обедом для пернатых птиц, Эл оступилась. Что-то хрустнуло.
― Пожалуйста, пусть я не раздавила живое существо, ― пробормотала она, зажмурившись.
Сбоку послышался смешок. Эл вздрогнула.
― Ты! Ты следишь за мной? ― убедившись, что под ногами давно нет ничего живого, Эл уставилась на Малфоя.
Тот вальяжно выплыл из тени, вставая аккурат под падающий лунный отрезок.
― Не льсти себе.
― Ага, ― взмахнув волосами, как финальной точкой, Эл направилась на выход.
― Не вежливо уходить не попрощавшись, ― раздалось ей насмешливо в спину.
Она вздохнула.
― Мы и не здоровались. О, подожди, я поняла! ― Эл развернулась, скрещивая руки на груди, а ногу отставляя чуть в сторону. Малфой изогнул вопросительно бровь. ― Ты опять ждешь чего-то особого, верно? Я должна кинуться в твои объятия? Сказать: «Малфой, как жаль, что мне плевать на все, что ты там думаешь, отвали придурок и всего хорошего»?
Он рассмеялся. Низким, приятным звуком, отдавшимся вибрацией у нее в груди. Это странное ощущение совсем не понравилось Эл, но она стойко держала маску надменности, копируя его же поведение.
― Первая часть мне больше нравится, ― он расставил руки в приглашающем жесте.
Эл фыркнула, закатив глаза.
― Отвали придурок и всего хорошего, ― повторила она, отвернувшись и сдерживая улыбку.
― Я терпелив, Ньюмен, ― крикнул он, когда она уже спускалась по лестнице. ― Ты удивишься насколько!
Вот ведь и правда придурок.
Эл абсолютно не понимала свою реакцию. Ее щеки горели, и она приложила к ним прохладные ладошки. Улыбка не сходила с лица, будто случилось что-то уж совсем запредельно восхитительное. А по факту, это всего лишь Малфой, почему-то ни разу не сказавший ей гадости. Она остановилась, удивленная осознанием, что давно не слышала от него ни одного плохого словечка. Он либо кривлялся, либо... просто наблюдал. Зайдя с этими мыслями в гостиную, Эл хотела поделиться своим открытием с сестрой, но ее встревоженный вид напугал.