― Девочки, просто используйте свою магию, ― сказала Гермиона, ― плевать на ваш секрет.
― Что за секрет? ― тут же отозвался Гарри. ― Просто скажите мне, что нужно делать!
Он кинул еще одно заклинание в колдуна, но тот отмахнулся рукой, лениво отбивая его. Вот так просто, без палочки, без слов.
― Бесполезно, Гарри! Мы все еще живы, только потому, что он ждал их! ― она ткнула пальцем в сестер.
От ее слов волосы встали дыбом, пустив мурашки по телу. Сестры переглянулись. Почему они все еще просто стоят? Почему ничего не делают? Колдун резко шагнул вперед, наклонив голову вниз, а когда поднял – его глаза засветились желтым светом.
Гарри отбросило в сторону, подобно тряпичной кукле.
― Гарри! Господи, Ливи, что делать? ― Эл сжала кулаки, прижимая руки к щекам.
Она паниковала. Боялась. Но сильнее всего ее распирала злость. На ситуацию, на магию, на бесполезность ее дара предвидения.
― Я в порядке, ― прохрипел он.
Оливия взмахнула рукой раз. С силой вскинула их вверх второй раз. Помахала перед собой. Но ничего не происходило. Мужчина высунул язык медленно проходясь по губам, приподнял ладонь, на которой загорелся сгусток голубой магии и замахнулся.
Все замерло. Сестры следили за движениями, как в замедленной съемке. Колдун выкидывает снаряд, Оливия оборачивается назад, встречая расширенные глаза Гарри. Все на инстинктах, где-то глубоко внутри, там, куда не дотягивается рациональная часть. Она делает широкий шаг в сторону, чтобы перехватить магию, и отталкивает сестру, входя прямо в стену огня.
Удар в спину. Тело содрогнулось, прокатившись волнами. Каждая клеточка вспыхнула, глаза ослепило. И тишина, такая плотная, что казалось заложило уши. Медленно опустив взгляд, Оливия увидела, как покрылась вся перекатывающимися электрическими разрядами. Точно такими же, как когда-то и ее руки.
Гермиона сидела, закрыв рот руками, Рон, прислонившись к дереву и прижав раненую руку к груди, неверующе качал головой. Брови Гарри скрылись в густой шевелюре, а Эл стояла, раскрыв рот.
― Дай руку! ― прорычала Оливия, сама хватая сестру. ― Чувствуй! Чувствуй ее, она в тебе.
Эллис на мгновение потеряла связь с реальностью, медленно приходя в себя. Когда сестра оттолкнула ее, чтобы перехватить магию колдуна, она думала, что ее сердце разорвется в клочья. Но Оливия просто поглотила снаряд, слегка пошатнувшись. А потом это... Ее слегка тряхнули, и Эл выдохнула.
― Чувствуй! ― требовательно повторила сестра.
Эл видела, как Оливию мелко трясло. Она посмотрела под ноги, туда, где стояла сестра: часть огненной ловушки растворилась, разорвав круг.
― Как ты, черт возьми, это сделала?
― Круг – твоя работа, ― безапелляционно заявила она. ― А теперь призови долбанный снег!
Теперь колдун ухмылялся, но он по-прежнему так ничего и не говорил. Снег, что осыпал исключительно Эл, продолжал падать, но она не чувствовала внутри себя какой-либо силы. Легко сказать: «призови долбанный снег»! Она и так его вроде как призвала, только пользы от него?
― Как? Как я должна это сделать? ― срывающимся голосом спросила Эл, вцепившись в руку сестры. Оливия взглянула на нее и с силой зажмурила глаза.
― Триггер, ― выдохнула она, отпуская Эл.
― Ты что делаешь?!
Оливия вышла из круга, приближаясь к колдуну. Она хотела вызвать в Эл такую же реакцию, как у себя. Магия сама себя защитит. Она не сомневалась. А вот Эл в этом уверена не была. Это самый тупой и безрассудный поступок ее сестры за все двадцать лет ее жизни. Да это тоже самое, что с горы спрыгнуть в надежде, что на спине вырастут крылья.
Позади шептались друзья, стонал Рон, а Оливия вот так просто решила встать перед колдуном, чтобы что? Чтобы Эл вдруг опомнилась со словами «ах, точно, вот и моя новая сила»?
Пока Эллис пожирала паника, Оливия, поверив в себя, остановилась напротив колдуна, с вызовом смотря ему в горящие глаза. Тот не шевелился несколько секунд.
Резкое движение. Двумя руками он толкает Ливи, откидывая ее назад. Воздух выбило начисто, грозовые побеги на теле исчезли. Она пыталась вдохнуть, сжимая грудь двумя руками. Эл с вскриком дернулась, но круг замкнулся, закрывая ее в ловушке. Теперь одну.
Оливия приподнялась на локте, смотря сестре в глаза. Злость, страх, непонимание отражались в ясных янтарных зрачках Эл. Она дышала открытым ртом в окружении снежинок. Подняв голову наверх, она пыталась ухватить эту магию, почувствовать хоть что-то. Перевела злобный взгляд на колдуна. Почему он ничего не делал? Он их проверял? Испытывал? Что ему нужно? Они же как на ладони – вытяни руку и поджарятся в его голубом пламене.