― Я? Д-да, догадываюсь. Знаю, да, слышала о таком, ― если бы она могла, то отвесила бы себе смачный подзатыльник за невнятную речь.
Рон шагнул вперед, становясь на одну ступеньку с Оливией. Она затаила дыхание, чувствуя, как внезапно стало довольно жарко в комнате. Смотря ей прямо в глаза, Рон сделал еще маленький шажок, оказываясь почти вплотную. Она ощущала тепло его кожи даже сквозь слой одежды. Еле заметные тусклые веснушки, рассыпанные на носу и щеках, напоминали созвездия, а глаза горели изумрудом так ярко и чисто, что хотелось потеряться в них. Рон склонил голову, не встречая сопротивления. Оливия потянулась навстречу, чувствуя теплое дыхание на своих губах.
Что должно было произойти в следующее мгновение останется тайной, потонувшей в словах Эл, только что вошедшей в гостиную.
― Всем привет!
Глава 10.2. Не говори стихами
― Всем привет!
Мрачная и задумчивая Эл, не замечая ничего странного между Роном и Оливией, тяжело вздохнула. Оливия слегка вздрогнула, замерев. Рон же сделал шаг назад, оставляя одну ногу на ступеньке, где она стояла и положил руку себе на шею, медленно потирая ее.
― Как все прошло? ― спросила Оливия, не зная, как встать, куда деть руки и на что смотреть.
― Зелье он выпил, доволен не был, ― поджала она плечами, проходя мимо ребят. ― Вы меня ждали?
Оливия взглянула на Рона, мягко улыбнувшись и кивнула.
― Да, ждали, но решили отправиться...
― Это же омела! ― перебила ее сестра, тыча пальцем в зачарованное растение.
Рон издал звук, похожий на смешок, и коротко попрощавшись, поднялся к себе. Оливия в свою очередь тоже утянула Эл в спальню.
― Ты знала, что под омелой принято целоваться? ― прошептала Эл, усаживаясь к сестре на кровать.
― Правда? ― Оливия открыла рот в притворном удивлении.
― Конечно! Это же всем известно!
― Спасибо, теперь я буду знать.
― Погоди... ― Эл сощурилась, подозрительно глядя на сестру, ― А вы там случайно не..?
― Нет.
Эл продолжала пытливо разглядывать Оливию, усиленно вспоминая свое появление в башне. А потом ахнула, толкая сестру в плечо.
― Вы собирались целоваться! ― свистящим шепотом заговорила она. ― Не строй дурочку из себя! И как?
― Да никак, ― раздраженно выдохнула Оливия.
― Почему? Тебе не понравилось?
Ливи застонала, потирая переносицу, а затем посмотрела на сестру, пытаясь взглядом заставить ту догадаться обо всем самой.
― Вы не успели, да? Я вас прервала? ― раздосадовано спросила Эл, беря Оливию за руку.
― Только не делай из этого что-то масштабное, ладно? Мы вроде как собирались, да... Только это ничего не значит, будь на моем месте любая другая, я думаю, что Рон...
― Прошел бы мимо! ― настойчиво произнесла Эл. ― Поэтому выкинь дурость из головы свою. И ищи омелы.
Оливия засмеялась, прикрывая ладошкой рот, чтобы не разбудить соседок.
― Конечно, именно этим и займусь, ― улыбнулась она. ― Что там с Малфоем?
Эл потерла руки, почесала лоб, перекинула длинные волосы с одного плеча на другое и рассказала все, не упустив ни единого момента. Оливия долго молчала, обдумывая каждое слово.
― Слушай, я не удивлена, ― сказала она, наконец.
― Чему?
― Вашему притяжению друг к другу, ― она вытянула руку, чтобы Эл ее не прерывала. ― Просто подумай, он с первого дня выделил тебя из толпы. По началу да, он задирал тебя и пытался задеть, но потом... Что-то между вами изменилось. Ты как-то назвала его маньяком, когда стала замечать его взгляды, и теперь мне кажется его поведение логичным.
― Что здесь логичного?
― Ты новый человек в школе, пришла на пятый курс. Он тебя не знает, не знал. Ну, и сейчас, конечно, не очень-то знает, но смысл ты поняла, ― Оливия тихо посмеялась, глядя на озадаченное лицо сестры. ― Знаешь, когда спасаешь человеку жизнь, образуется связь. Мне кажется он хочет тебя узнать, вот и все. А то, что он тебя хочет – вообще не новость.
― И что мне со всем этим делать? Он же ничего не помнит о том, что было, ― Эл пальцем постучала себе по лбу.
― Ты стерла память, а не чувства, ― Оливия повторила ее жест.
― Да какие чувства? ― воскликнула она и тут же понизила голос. ― Какие чувства? Мы ни разу нормально не поговорили!
― А что тебе мешает? Ты уже знаешь, что ты его привлекаешь. Считай, ты выиграла в лотерею.
― В лотерею?
― Ну да, узнала то, что обычно прячут, а он даже об этом не вспомнит!
― Если он когда-нибудь узнает, что я сделала, то не простит мне этого, ― на выдохе прошептала Эл.
― Ты сделала это для собственной защиты.
Эл промолчала, не считая, что стирание памяти человеку против его воли можно чем-то оправдать. Но сестра права, выбора у нее все равно не было. Она вздохнула, сползая с кровати, и когда уже легла в свою, произнесла: