Собственное новое имя на языке не казалось чужим, просто непривычным. Или это магия замка так влияла на нее, или она готова была на все, лишь бы остаться в этом месте, прикоснуться к настоящему волшебству и узнать новую правду о родителях.
‒‒ Знал, но не так хорошо, как вам хотелось бы. Понимаете, ― он вздохнул, смягчая взгляд голубых глаз, ― они не были волшебниками. Они были немного другими… В любом случае, это не тот разговор, который я хотел бы вести именно сейчас, ― Дамблдор улыбнулся, подталкивая их в сторону строгой женщины в остроконечной шляпе. ― Мы обязательно к нему вернемся, но не раньше, чем вы освоите основы нашей магии. Если вы решите остаться, разумеется.
Он выгнул кустистую седую бровь, насмешливо глядя на них. Алена с Олей переглянулись, кивая и ему, и своему решению принять новую реальность.
― Ньюмен, Оливия, ― объявил строгий резкий голос, разительно отличающийся от мягкого тембра директора.
Сглотнув, Оливия неуверенно проследовала к трехногому табурету, на котором лежала старая шляпа. Профессор Макгонагалл приподняла ее, подбородком указывая на освободившееся место, и Оливия села. Никто не объяснил ей, как именно проходит распределение, весь саму церемонию они с сестрой глупо пропустили, разговаривая с директором. Шляпа коснулась головы, и Оливия услышала скрипучий голос, перебирающий ее качества и рассуждающий, где ей теперь жить. Голос перечислял ее доброту, отзывчивость и неподдающуюся логике чувствительность к чужим переживаниям. Так же стремление к правоте и тяге к знаниям. Было странно слышать такое о себе самой, но, признаться, приятно. И когда Шляпа заорала на весь зал «Гриффиндор», Оливия улыбалась широко и искренне, хотя совершенно не понимала к чему это слово ее обязывает.
За столом, где сидела та самая Гермиона, которая теперь станет их помощницей, зааплодировал, будто Оливия выиграла премию, и волна мурашек пробежалась по телу. Эллис ободряюще кивнула и сменила ее на стуле. Она точно так же слушала про себя насколько она прямолинейна и упряма, благородна и смела, хитра и бескорыстна. И когда, совсем не осознавая, что делает, Эллис про себя попросила не разъединять ее с сестрой, ведь очевидно, что факультетов четыре, судя по четырем столам разных цветов, Шляпа уступила.
Усевшись за стол среди волшебников и волшебниц, Оливия и Эллис чувствовали себя, как белые вороны, не зная на что обращать внимание в первую очередь. Единственное, что по-настоящему дарило спокойствие, это дружелюбие находящихся рядом ребят. Они улыбались, протягивали руки, знакомясь, приветствовали и выкрикивали свои имена.
Как только директор произнес свое слово, хлопнув в ладоши, перед сестрами появилась еда. Колоссальное количество разнообразных яств, заставившее заурчать животы в мольбе.
― Черт возьми, это настоящий рай, ― пропела Эллис, хватая вилку.
― Не могу не согласиться, ― поддержала Оливия, бегая глазами по столу.
― Это Гарри Поттер, ― невпопад представила Гермиона парня, сидящего по ее правую руку.
Его лохматые волосы, круглые волосы и виднеющийся шрам на лбу не вызвал абсолютно никаких эмоций. Гермиона смотрела выжидающе, будто сестры должны были сейчас выдать неописуемую реакцию.
― Приятно познакомиться, я Ол... Оливия, ― улыбнулась она, подпихивая сестру.
― А, да, я Эллисон, ― Элли перебросила волосы за спину.
― Эллис, ― поправила шепотом Оливия, сдерживая смех.
― Но зови меня Эллис, ― не растерялась она.
― Вы серьезно не знаете, кто он? ― очень серьезно нахмурилась Гермиона, переводя взгляд с одной на другую. И даже когда ее пихнул Гарри Поттер, она не отвела глаз.
Ее чересчур напряженный вид начинал раздражать Эллис, которая сидела напротив.
― А должны? ― выгнула она аккуратную бровь.
― Я поняла, ― сама себе кивнула Гермиона.
Она залезла в карман мантии и достала блокнот с карандашом. Пока она что-то строчила, сестры переглянулись: быть может, в этой школе все странные.
― Не обращайте внимание, ее порой заносит, ― ответил Гарри, пододвигая к себе тарелку.
― Гарри! ― возмущенно воскликнула та.
― Гермиона, уймись! ― вставил рыжий парень, расслабляя галстук и расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. ― Оливия, Эллис, ― он протянул руку через стол, ― меня зовут Рональд Уизли, мы вот с ней вроде как друзья, ― он закатил глаза, улыбаясь.
Сестры рассмеялись, не чувствуя никакого напряжения между ними. Обводя восторженными глазами зал и одновременно пережевывая аппетитный кусок курицы, Эл натолкнулась на насмешливую ухмылку. Блондин тут же что-то зашептал своему другу и указал прямо на нее. Эллис подавилась от такой наглости и открытого пренебрежения. Выдохнула, схватив бокал. Затем вновь подняла глаза не придурка в зеленом галстуке и медленно, с отвращением оглядела его, показывая всем своим видом, что она не из тех, кто спустит подобное с рук. На ее ответ блондин усмехнулся, выгнув бровь.