Хочу привести только один жуткий документ, который сам по себе доказывает наивность утверждений, будто Гитлер был лучше Сталина, а нацистская Германия — Советской России. Он относится к так называемым «малым Нюрнбергским процессам». После Большого процесса, на котором осудили главных военных преступников, Международный трибунал стал разбираться с изуверами рангом пониже, в том числе и с врачами и охранниками концлагерей, проводивших медицинские эксперименты над заключенными. Материалы порой просто потрясают, ибо не веришь, что люди могли творить такое. Вот что ответил американскому следователю фельдшер медицинского блока женского концлагеря Равенсбрюк сержант Густав Хонстель, ветеринар из Баварии, попавший в Равенсбрюк в 41-м году после контузии (тогда ему было 43 года), на вопрос, что такое «подушки» и «полуподушки»: «Это заключенные женского пола. Иногда взрослые, иногда еще совсем дети. Сначала их еще «куколками» называли, это потом — «подушками». Производилось вылущивание обоих тазобедренных суставов, это — «полуподушка». Или и тазобедренных и плечевых — это «подушка». При ампутации конечностей пилят кость. А тут сечение проводится исключительно по мягким тканям и суставной сумке. И культи нет, только небольшой шовчик там, где подшивался кожный лоскут. И анестезия только местная. Если «подушка», то только туловище с головой. А постоперационные поля гладко прикрыты, как будто так и было с рождения. Если «полуподушка», то туловище с головой и руками. В качестве кожного лоскута на тазобедренные суставы обычно натягивались половые губы. По желанию заказчика, конечно… Офицерам нравилось, если заключенные — совсем беспомощные, беззащитные, и с ними можно делать все, что угодно. А тут еще получалось, что вся нижняя часть тела — сплошная огромная вагина. Оттуда очень рельефно выступают раскрытые малые губы, это по первому варианту (когда подшивались большие губы). А по второму (когда большие губы ампутировались) — клитор выделяется, а вход во влагалище просто огромный. Офицеры гордились своими «подушками», хвастали друг перед другом, изредка менялись…
Я никаких операций не проводил, — поспешно отверг предположение следователя о его участии в вивисекции Хонстель, — только парафинил иногда. А с плечевыми суставами… туда иногда по просьбе заказчика натягивали кожу с подмышечных впадин. Туг проявился неожиданный эффект. Волосы в подмышках уже не были зажаты между руками и туловищем. Может быть, поэтому их рост ускорялся и не останавливался. Вместо рук у «подушки» на этом месте — длинные волосы. Их еще в косички иногда заплетали. За косички офицеры дергали, детство вспоминали…
Еще с «подушками проводились операции по косметической гинекологии. Всем, кроме совсем маленьких девочек, гиповагинацию делали. Это сужение влагалища, оно слишком расширялось от растягивания половых губ. В результате снижались тактильные ощущения при коитусе. А уже по отдельным заказам увеличивали молочные железы, соски, клитор. Иногда просто инфекциями парафина. А иногда — хирургическое формирование. Утончали соски и удлиняли их, где-то до сантиметра-полутора. Или еще фигурными делали, в виде цветочка какого-нибудь. И клитор тоже формировали. Кожу над ним иссекали, его выдвигали вперед, делали большим, сантиметра 2–3, похожим на пенис…
Я как-то видел, капитан Рахст с бумагами работает. На стол перед собой «подушку» вагиной на бутылку посадил и прислонил к стене, чтобы не упала. Бутылка почти вся в нее зашла. «Подушка» даже глаза от боли выпучила, но молчит, боится. Зачем ему нужно было, непонятно — он на нее даже не смотрит, весь в делах. Или еще захожу, за столом штурмбаннфюрер Бельт. «Полуподушка» вниз головой с ним французской любовью занимается. Или несколько офицеров на вечеринку собирались, приносили свои «подушки» и «полуподушки». Как подсвечники их использовали. В углах комнаты промежностью вверх ставили, две толстые свечи — во влагалище и анус, тонкую свечку — в мочеиспускательный канал. Свечи зажигают, пока полностью не выгорят. Еще кольца часто в соски и клитор вставляли, к ним цепочки или медальон с именем владельца вешали. Ходят, бренчат… И в качестве подушек тоже использовали, спали на них, сидели. Но и гуманно тоже относились. За ними ухаживали другие заключенные: хорошо кормили, помогали справлять естественные отправления, мыли, смазывали кремами слизистую, она же открытая была, пересыхала быстро…»{602}