– Ты сам звал ее?
– Смеешься? Ли, тебе ли не понимать, что это – вопрос авторитета? Режиссер должен быть непогрешимым богом. Если я буду унижаться перед каждой соплячкой, что будет с этим городом? Я посылал ассистента – трижды. Она ни разу не открыла. В общем, – он на мгновение умолк, чтобы перевести дыхание, – все знают: ты – единственная, кто может уговорить ее вернуться на съемочную площадку.
– Ладно. Дай мне двадцать минут, чтобы отменить кое-какие встречи.
Ли вздохнула. Хороший был день… Но, слава Богу, он еще не кончился. Впереди – ужин с Корбетом и его клиентом.
«Матушка Мейсон» открылась три года назад и в короткий срок стала меккой для тех любителей выпить и закусить из Беверли Хиллз, которым было лень завязывать галстук. Войдя в зал без пяти минут восемь, Ли удостоилась пылкого воздушного поцелуя со стороны хозяйки. Ее сразу же провели мимо знаменитостей прямо к столику Корбета.
– Ты все хорошеешь, Ли. Займи место по другую сторону камеры, а я стану представлять твои интересы – и мы сколотим приличное состояние!
– Думаю, одной Бэрон для тебя более чем достаточно, – сухо ответила Ли, садясь за стол. Заказав выпивку, она повернула голову в ту сторону, где в ведерке с колотым льдом красовалась бутылка «Моэ и Шандон». – Ты вроде бы придерживался правила «цыплят по осени считают»?
– У меня хорошее предчувствие. Что-то говорит мне, что ты и мой клиент поладите.
Она сложила руки на столе.
– Я в восторге от сценария и жажду снимать этот фильм. Но это не значит, что я готова на любые жертвы.
– Убежден – мы придем к соглашению. Верь мне, Ли. Она так и делала – всегда. Но сегодня Корбет был не похож на самого себя. Эта дьявольская хитринка в глазах…
– Ты что-то скрываешь?
– Кто – я? – Он театрально поднес руку к сердцу. – Да весь город знает, что я – открытая книга.
– А также, что время от времени ты не можешь отказать себе в удовольствии поморочить клиенту голову. Какую каверзу ты задумал на этот раз?
Корбет не успел открыть рот, как что-то за спиной Ли привлекло его внимание.
– А вот и он.
Ли обернулась и остолбенела при виде приближающегося к их столику Мэтью. Их взгляды встретились; в голове у Ли словно кувалдой раздробили хрусталь. Взметнулся вихрь противоречивых чувств: от острой боли, вызванной его предательством, до неизмеримой радости, что она снова видит его. К счастью, именно в этот момент официант принес ее напиток. Она отхлебнула изрядный глоток водки с тоником.
Мэтью был ошеломлен.
– Привет, Ли.
Он ничуть не изменился – с чего бы? Вчера, на церемонии награждения, она ничего не могла с собой поделать – выискивала его в толпе. И не удивилась, что он не приехал. Мэтью пользовался в Голливуде устойчивой репутацией отшельника и бродяги.
– Привет, Мэтью. Надо же, какой сюрприз! Он грозно взглянул на менеджера.
– Сюрприз, Корбет, не так ли?
– Ладно, признаюсь: я подстроил это нарочно. У меня была уважительная причина.
– Хотелось бы послушать. – Мэтью выдвинул свободный стул и сел. При этом их колени на миг соприкоснулись, вызвав в обоих неодолимое желание.
– Мне тоже, – подхватила Ли. Мэтью явно растерялся.
– Ты не ожидала меня встретить?
– Конечно нет. Корбет пообещал свести меня с человеком, который написал «Тайное убежище».
– Ты прочла мой сценарий?
Он словно обвинял! Ли пришла в негодование.
– Я понятия не имела, что он – твой! На титульном листе стоит «Уильям Севмур». – Она глотнула еще водки с тоником. Отец любил повторять поговорку «пьяному море по колено». – Зачем тебе понадобился псевдоним? Боялся, что я откажусь от постановки в отместку за то, как ты со мной поступил?
– Черт возьми, леди, мог ли я думать, что Корбет покажет вам этот сценарий? Я недвусмысленно сказал ему, что не желаю иметь дела с компанией «Бэрон», особенно с твоей драгоценной «Сандаун продакшн». И как это я с тобой поступил?
– Сбежал как последний трус – я чуть с ума не сошла, – а потом являешься с женой, и у тебя даже не хватает мужества признаться. И почему это ты не желаешь иметь дело с компанией «Бэрон»?
– С женой? Ради Бога, о чем ты говоришь? – Мэтью заметил, что начинает привлекать внимание, и понизил голос. – Нет у меня никакой жены.
– Кто же была та женщина, с которой я видела тебя в Музыкальном центре?
– Я не поехал на эту чертову церемонию.
– Не вчера – два года назад. Когда тебе вручали «Оскара» за «Опасного».
Мэтью наморщил лоб.
– А… Это была Росария.