– Как все произошло и что за подушка у тебя в руках? – спросил рядом со мной голос «маникюрщика». – Украл, что ли?
– А-а-а… точно. Положи ему под голову. Медсестра была так растрогана, что я переживаю за «сына», – он выделил последнее слово, – что дала мне эту подушечку и сказала подложить ему под голову, чтобы мозги не сотрясать. Якобы он вообще чудом остался жив.
– Да? – удивился гримёр и, подняв мою голову, положил под нее подушку. – А в остальном как?
– В остальном мы немного прокололись, – ответил Чнех.
На этих словах я похолодел, по телу пробежала толпа мурашек. Нужно было разблокировать нервную систему, но на это нужно было время. Хорошо, что я не успел это сделать.
– Он без сознания, – с облегчением сказал гримировщик.
– Ван! Ты что, опять ему иголку под палец засунул? – громко сказал Чнех. – Зачем?
– Я после того раза ученый! – ответил гримировщик, которого, оказывается, зовут Ван. – И вообще, что значит мы прокололись? Я думал, он очнулся!
– Я благодарил целителя, который с ним работал, а тот вместо того, чтобы взять деньги у бедного крестьянина, попросил меня сделать запись в книге предложений, – зло сказал мужчина. – Теперь мне нужно будет подчищать хвосты или вообще личность менять.
– На данный момент это просто рабочая ситуация. Главное, что у тебя есть сын и через месяца два-три у тебя будет нормальное алиби, как и у него. Никто не догадается, – заверил его Ван. – С остальным что?
– Да вроде все нормально, – сказал Чнех. – Пусть предчувствие у меня плохое, но в кабинете использовались только целительские техники.
Я в очередной раз похолодел. Ведь получается, что использовать неожиданно бахир я точно не смогу. Чнех, по крайней мере, способен ощутить применение бахира.
«Вот только как он смог не заметить то, что я блокировал себе нервную систему? Неужели не заметил?» – подумал я, но так ни к чему и не придя, приготовился слушать дальше.
– И что, так никто и не догадывается? Все так просто? – спросил молодой голос рядом со мной, и я так понял, это был Лю, а не водитель, который, судя по всему, вообще ни одного слова не сказал.
– Эх, малый… Чтобы все было так просто, то ты бы с ним пошел, а не Чнех, – сказал негромко Ван. – Для успешной работы нужно хорошее знание законов, внутренней жизни клана. Политической настроенности и, как правило, старшего с железными яйцами, как у Чнеха. Актерские способности и понимание, как можно и допустимо вести себя в различных ситуациях. А это длительная подготовка и муторная учеба. А еще сотрудничество с такими уродами, как командир боевого отряда.
– Все равно это достаточно просто, – заявил Лю. – Служба безопасности даже не догадывается о нашей работе!
– Я думаю, периодически догадывается, но им тоже нужно делать план, к тому же мы хорошо прячем хвосты. Еще не стоит забывать, что нас все же периодически прикрывают, – ввязался в беседу Чнех. – Один раз соседнюю группу чуть не взяли, тогда наместник приехал на место происшествия лично и своим присутствием внес такую суматоху, что все сумели скрыться. Причем если до этого никого не выпускали, то потом просто выперли без тщательного осмотра.
– Да? – удивился Лю. – Ничего себе. Ну, это понятно, просто вы мне раньше говорили, что будет гораздо сложней, и я готовился, а все не так.
– Нам просто везет, – заявил Чнех. – Недавние победы в дуэлях, из-за которых началась вся кутерьма с людьми, настолько увеличила заботы клана, что те просто не успевают закрыть все вопросы. Людей очень мало, а проблем много. Как минимум суеты в клане точно стало больше. А в этой мутной воде таким, как мы, самое место.
Мужчины смеялись. Стали рассказывать случаи из своей практики. Похоже, они просто расслабились, и их стало отпускать напряжение. Слушать их было интересно, и я понял, что уже не зря рискнул, компромат был достаточно своеобразный, вряд ли бы они выдавали подобную информацию при допросе с такой же откровенностью. А вот если нас еще и слышат сейчас, то блеф будет ну очень удачный.
Дорога до Кияну заняла примерно два часа, судя по моим внутренним часам. Все это время я лежал неподвижно. Оказывается, я очень сильно продвинулся в контроле своей мимики. Сохранять бесстрастное, расслабленное лицо было для меня неплохой тренировкой на концентрацию. Хотя признаться самому себе, я не очень-то и напрягался. Они даже не заметили, что я в сознании, а это уже высокий показатель. Главное, что мне на лицо никто не сел и в нос ничего не попало. Да и подушка, которую дала сердобольная медсестра, очень даже крутая получилась. Она хоть и была небольшая, но, полежав на ней, я так утоп, что поднявшиеся бока фиксировали лицо и не давали ему шевелиться.