У Главного штаба сыщики высадились и направились к дежурному. Предъявили документы, объяснили, что им необходимо получить аудиенцию у руководителя контрразведки — в связи с расследованием убийства, которое мало того что затрагивает непосредственные интересы российской державы, но и имеет четко выраженный заграничный след.
Дежурный снял телефонную трубку и связался с отделом контрразведки.
Через долгие десять минут в приемной появился подтянутый юноша в ладно пригнанной форме адъютанта и сумрачными коридорами провел представителей судебных органов туда, где им предстояло давать непростые объяснения: в кабинет высокопоставленного чиновника.
Двойная дверь, с тамбурным переходом, захлопнулась за ними. Адъютант, введший их в кабинет, назвал их имена и должности и сразу удалился, осторожно прикрыв за собой створки.
Огромное пространство кабинета скрадывалось царившим в нем полумраком: высокие окна затянуты плотными портьерами зеленого, переходящего в черный цвета, блики от настольной лампы выхватывают тусклую позолоту лепнины на потолке и стенах, на резной раме портрета Николая II, скользят по пустому внушительному столу, напоминающему плац.
Только когда глаза привыкли к полумраку, посетители заметили с другой стороны стола слабое движение: седенький старичок с пышными бакенбардами времен Александра II, в генеральской форме, приподнялся на кресле и приветливо взмахнул ручкой, предлагая им сесть.
— Господин Тернов, господин Лапочкин, — с подобием улыбки обратился к ним реликт прошлого века, — глава нашей службы в данный момент отсутствует по весьма важному делу. Не довольствуетесь ли вы разговором со мной?
— Ваше высокопревосходительство, мы рассчитываем на вашу помощь, — хриплым от волнения голосом ответил Тернов. — Мы расследуем дело об убийстве латиниста, преподавателя ветеринарных курсов. Ардалион Хрянов был убит в минувшую субботу ближе к полуночи, в прачечной, кочергой, на ее ручке был повязан алый бантик.
— Очень, очень интересно, — милостивым кивком поощрил посетителя хозяин кабинета. — Что же дальше?
— Добытые нами улики — пока еще косвенные — свидетельствуют о том, что убийство осуществил человек, возможно, действовавший по указке из Лиссабона. Это — поручик Бешенцов.
Генерал погрустнел и, тяжело вздохнув, выдвинул верхний ящик стола, порылся там, достал табакерку. Ловким движением он откинул лакированную крышечку, подцепил двумя пальцами щепотку и втянул табак в нос: сначала в левую, потом в правую ноздрю.
Захлопнув табакерку, обратил проницательный взор на Тернова и сказал:
— Этому я, господин Тернов, нисколько бы не удивился. Поручик Бешенцов — наша головная боль. Артамон Сергеевич — личность неуправляемая, страстная. Он и не на такие эскапады способен. Мы сами подозреваем его в ужасном убийстве.
— Быть может, есть смысл соединить наши усилия, — осторожно предложил Тернов. — Мы оба заинтересованы, чтобы злодей не ушел от возмездия. Мы готовы обыскать его квартиру, но хотели бы согласовать наши действия.
— Поручик Бешенцов совершенно неуловимая личность, — тень бледной улыбки снова скользнула по морщинистому личику, сухонькие пальцы любовно оглаживали табакерку. — Увы, он словно растворился в столице. Однажды его видели на нашей явочной квартире. С весьма привлекательной дамой. Но упустили. Квартира, где он полгода назад проживал, пуста. Его там нет.
— Ваше высокопревосходительство, — робко подал в поддержку начальнику голос и Лапочкин, — но, может быть, там остались его старые сапоги? У нас следок имеется.
— В бывшей его квартире живут другие люди, а старые сапоги господина Бешенцова с таким же успехом можно искать и в Португалии, — усмехнулся генерал. — Он вернулся оттуда самовольно. Вскоре после зверского убийства короля Карлоса и инфанта. Мы подозреваем, что он причастен к этому преступлению.
— Потрясающе! — воскликнул Тернов. — Какая своевольная личность!
— Артамон Сергеевич Бешенцов умеет совершать рейды в стан врага и уходить от преследования, — отвел взгляд хозяин кабинета. — Молод еще, горяч, но талантлив. Кроме того, судьбу его должен самолично определить Государь. Естественно, что покрывать цареубийц мы не намерены. Однако сомневаюсь, что в сложившейся ситуации целесообразно так уж сильно настаивать на аресте этого сорвиголовы.
— Ваше высокопревосходительство, вы советуете нам закрыть дело об убийстве Ардалиона Хрянова? — Павел Миронович с трудом разомкнул побелевшие губы.
— Вовсе нет, милостивый государь, вовсе нет, — поспешил успокоить следователя лукавый собеседник, разглаживая ладошками поверхность и без того гладкого стола. — Я даже буду вам очень признателен, если вы поделились с нами добытыми сведениями. А мы, в свою очередь, готовы поделиться информацией с вами.