А тогда редко у кого из мастеровых морда не бита была, все поспытали Зотову плетку. Вот мой прадед, тот перед Зотовым петухом кричал, тому это шибко нравилось. Зайдет Зотов в кузницу — прадед кузнецом ро́бил — и скажет ему: «Ну, Сарафанов, покажи петуха». Сейчас мой прадед бросит ковать, похлопает в ладоши, вроде петух крыльями, да прыг на наковальню и затянет: ку-ка-ре-ку!
Зотов усмехнется и пойдет.
Прямо замучил всех Зотов, не одного вогнал в гроб. Раз Пузанов пришел на завод. Вечер уже был, и порешил он убить Зотова — видно, сердце больше не стерпело. Сел с топором за дверью склада, ждет-поджидает покуль светать начнет. Зотов проходил в завод с солнцем. Идет это, как всегда, со своей проклятой кишкой, тут его у склада и встретил с топором Пузанов, — видно, все наперед обдумано было, — и ударил обухом топора по черепу прямо.
Сильный парень, ударил крепко; Зотов упал. Наклонился Пузанов, видит, что больше Зотову не подняться.
Люди, известно, сбежались, а Пузанов и говорит:
— Ну, теперь вяжите меня, я его, сволочу, угробил. Что он искал, то и нашел.
Вот с тех пор нас, верхнейвинских, зовут обушниками, от слова. «обух».
15. МОРДОБОЙ ШМАКОВ
Зверь был Шмаков. «Ожидаешь Шмакова, — замирает в человеке кровь, а потом все дело совершится: либо побьет, либо нет. Тем и кончает». Это говорили забойщики.
А откатчики: «Беда попасть навстречу Шмакову. Он бьет на́отмашь направо и налево. Что дашь дорогу — бьет, что не дашь дорогу — бьет.
Которого лупит да тот стерпит, потом подарок ему под носит:
— На́ тебе, стерва, за то, что переносил.
А который не переносил, тем половину бороды — да в солдаты.
Идешь в забой, не имеешь права оглянуться.
А кто при его приходе стоит, не работает, того не трогает, а на заметку держит. Как пришла пора сдавать в солдаты, сам с ним едет в Верхотурье, а вернется:
— Ну, теперь всех варваров сдал.
А которых не примут, говорит:
— Ну, этого шельму и туда не надо.
16. КУЗНЕЦ И ЧОРТ
Вот раз вытолкали кузнеца из кабака: «Иди, чертяка страхолютый!»
Пошел кузнец по улице, идет и думает себе: «Хоть я не чорт, а со всем удовольствием согласен быть чортом и в аду жить. А вот пусть чорт на моем месте поживет. Узнает, как мы-то живем».
А чорт — известно чорт. О нем скажешь, а он тут как тут. Услыхал, как кузнец чертыхается, заинтересовался этим делом, думает: «Постой, друг, ты, видать, не знаешь моего житья, вот я поведу тебя в ад, будешь помнить».
Подходит чорт к кузнецу и говорит:
— Здоров, кузнец! Я тебя давно хотел видеть.
— А ты кто такой? — спрашивает кузнец.
Чорт покрутил хвостиком, подмигнул глазком и говорит:
— Не узнаешь, что ли? Ты ж со мной меняться хотел. Вот я сам чорт и есть.
Кузнецу что — чорт так чорт! Не любил кузнец словами долго распускаться и говорит:
— Давай меняться: я к тебе пойду — в ад то-есть, а ты ко мне в кричню. У тебя лучше.
Чорт говорит:
— Ты в аду не бывал, смерти не видал, потому так и говоришь.
Одно слово: чорт свое, кузнец свое.
Тут чорт за попереченство осерчал на кузнеца и поволок его в ад: показывать мучеников да грешников, которые в котлах смоляных варятся.
Пришли в ад. Чорт повел кузнеца по геенне огненной, показывает ему все, сам думает, что кузнец устрашится и назад вернется, а кузнец идет, ему хоть бы что, как дома чувствует себя. «Кому ад, а мне — рай», — говорит.
Ходили, ходили, чорт и спрашивает кузнеца:
— Ну, как, страшно? Видишь грешников, как они живут — в котлах смоляных кипят!
Тут кузнец осерчал да говорит чорту:
— Иди ты к своей матери — к чортовой, значит, не морочь мне голову! Пойдем, я тебе покажу ад, — дело верное, а то напрасно тратим время, а толку нет никакого.
Потащил чорта кузнец к кричне. Вот приходят. Идут по кричне, а в ней ночь черна от пыли да от сажи, сто горнов горят, четыреста молотов стучат. Рабочие ходят, рожи у них, как полагается, — нет кожи на роже.
Кузнец идет впереди, чорт позади. Тут начали сажать крицу и мастеру на лопате подавать, искры посыпались из глаз, чорт уж и дышать не может.
Тут и случись беда: кузнеца увидал хозяин и закричи:
— Ты что, чорт, расхаживаешь без дела? Морду твою побью!
А чорт испугался, спрашивает кузнеца:
— А что он тут делает? А?
— Морды всем бить хочет и тебе побьет, — сказал кузнец, а сам хотел глянуть на чорта. Только это покосил через плечо глаз, чорт уже повернулся уходить.