И это каждый божий день, — хоть в будни, хоть в праздник, хоть в пост, хоть на пасху. Одну бутылку кончил, за другой тянется.
Надо прямо сказать: при всем своем пьянстве, при всей своей бедности — честный и гордый был человек. Чужой даже искорки не возьмет… Искорка — камень такой, мелкий, осыпь. И шмука не делал.
Тяжелая, в общем, была жизнь его. Детей он имел четверых. Но дома они не жили. Порастыканы они были по чужим людям, в прислугах жили.
Один из сыновей его — ну, прямо, идиот был. Зачат от пьяного отца и пьяной матери, — что толку?
Сам Ефим Дмитриевич Яковлев верил в эти самые предания насчет счастья и камней. И все, бывало, камня счастливого дожидался. И в бога верил. Как ложился спать, все крестится да молится… Хоть трезвый, хоть пьяный, стоит, высокий, худой, как этот Дон-Кихот на картине, и поклоны бьет… Видно у бога счастливого камня просил.
А умер товарищ Яковлев в самой нищете. В гроб не в чем было положить, хоть у соседей белье занимай.
А ведь за жизнь свою много камней передержал он в руках: и изумруд, и аквамарин, и александрит. Все камни имел он. А счастливого не нашел.
И кто это счастье видел из рабочих при царском положении?
Вот вроде Яковлева был у нас Чеканцев. Тоже мастер по камню — гранильщик. И у этого счастье было, как у Яковлева. И этот тоже пил. Горе… Ненависть у него была к тем, на кого работал. Этот допился до горячки. Он бросился под поезд. И много таких было гранильщиков.
Почему же они пили? Я скажу прямо: раньше мастерские были — алкогольные гнезда. Ученика мастер посылает за водкой. Не пойдет ученик — мастер ему ничего не покажет, ни про какой каприз камня не разъяснит. Ничему подросток не научится. А пойдет — мастер сначала сам выпьет, своим друзьям поднесет, а потом ученику дает стакан и говорит:
— Пей!
Отказываться не смели. Вот так и втягивались сызмальства.
А хозяину, конечно, выгодно было иметь дело с пьяными мастерами. Легче было в кабале держать. И обсчитать можно и недодать. И я так полагаю: предание насчет счастливых камней — чепуха это, затемнение мозгов. Дурман, как говорится.
Когда рабочие взяли власть в свои руки, тогда, конечно, все камни для людей стали счастливые. Взять звезды на башне Кремля, которые мы делали. Они, действительно, показывают человеку счастье.
Но тут опять вопрос: а может быть, предание про счастливые камни правильное?
Но только один факт я вам скажу: раньше, при царском положении, не было рабочему человеку счастья ни при счастливом камне, ни без него…
2. ЗАЧЕМ Я УЧИЛСЯ
Мой отец был маляром, и жили мы не при достатке. А когда мне дошло тринадцать лет, стал отец поговаривать, чтобы отдать меня куда-нибудь в контракты. Контракт — это соблазнительное слово: будто двое договорились про разные условия и обоим это на радость. Но что фактически значило это слово, вы узнаете из моей детской жизни.
Весьма скучно было тринадцатилетнему мальчику итти в контракты. У меня тогда были мечты, что в контрактах я потеряю природу жизни и не буду видеть восходов и закатов солнца, потому что слышал я, что такое контракты, и попаду в кабалу.
В таком печальном настроении мне исполнилось четырнадцать лет.
Тогда отец сказал мне:
— Пойдем.
И повел к владельцу гранильной фабрики Липину. У писателя Помяловского правильно описано, как отец такого подростка упрашивал хозяина. Я не буду повторять писателя, а приведу из своей жизни один факт.
Когда отец упросил Липина взять меня в контракт, Липин и отец вышли на крыльцо.
Подают Липину лошадь, рысака, в пролетку запряженного. На козлах кучер сидит истуканом. Сел в пролетку Липин и говорит отцу:
— А ты чего же стоишь? Садись!
Отец пристроился в пролетке возле Липина и чувствует себя несмело. Я тут же кручусь возле пролетки. Отец смотрит на меня жалостливыми глазами. А потом, видимо, набрался духу и говорит Липину:
— Не знаю, как с сыном быть…
А Липин говорит:
— Он молодой, и сам добежит.
Ну, тогда отец мне и говорит:
— Ничего, ты молодой, и сам добежишь. Беги, сынок.
А у самого, вижу, глаза печальные.
Они поехали, а я побежал за ними. Погода не очень благоприятствовала. Как на грех, лошадь попалась хорошая, рысак. Бежит она, и я бегу следом. Наконец добежали мы до ремесленной управы.
Сейчас дико все это слушать вам и, конечно, хочется знать, что же значат эти слова: ремесленная управа. Это такое было заведение, которое распоряжалось жизнью и трудом ремесленного люда. В этом заведении засели прогоревшие помещики и их подпевалы — хозяева разных мастерских, и они делали в управе все, что им было выгодно и интересно.