Они сюжетны, в основе каждого рассказа лежит случай, широко известный в профессиональной среде, и что самое важное — варианты тех же рассказов можно слышать в различных местах, где только есть гранильщики и люди, имеющие дело с драгоценными камнями.
Все рассказчики в царское время были безымянными мастерами, изделия которых высоко ценились знатоками ювелирного дела; они получали дипломы и медали на выставках, но их таланты не могли развиваться при капитализме. Руководители гранильной фабрики подавляли всякое движение вперед в погоне за прибылями и, угождая мещанскому вкусу потребителя, внедряли безвкусную дешевку по западноевропейским образцам.
Огранка драгоценных камней — не ремесло, а большое искусство. Она требует знания свойств того или другого камня, требует исключительной точности в величине граней. Ошибка на какую-нибудь сотую миллиметра может испортить камень. В искусстве огранки уральских мастеров есть свой стиль.
Рассказал А. Подкорытов, до сих пор работающий на гранильной фабрике в гор. Свердловске.
Рассказал старый гранильщик и горочный гротколлекционер Д. К. Кубин, один из лучших мастеров по созданию горок.
Рассказал старый гранильщик Г. И. Бабанов.
В рассказе его говорится о неудачнике гранильщике, которого жизнь вынудила подделывать камни. Среди гранильщиков много ходит рассказов о подделке камней, широко практиковавшейся на Урале с конца XIX столетия.
Рассказал старый гранильщик П. Д. Титов. Рассказывает с большими отклонениями, но чрезвычайно связно; видно, что неоднократно рассказывал теми же словами. Для Титова вся жизнь — в работе над драгоценными камнями. Говорит только о камнях. Даже в неурочное время бывает в мастерской.
Среди гранильщиков встречались и удачники, становившиеся богачами, и «мыльные пузыри», которые, случайно разбогатев, быстро спускали свое богатство.
Рассказов о Баричеве, известном скупщике камней, много, так что рассказ Титова приобретает уже устойчивость, — но еще больше рассказов о «мыльных пузырях».
Рассказал А. П. Солодянкин, глубокий старик, но еще очень крепкий. Сам побывал в «мыльных пузырях», но об этом времени рассказывать не любит. В настоящее время кустарничает.
Рассказы златоустовских граверов записал Б. В. Зданевич на Златоустовском заводе со слов мастеров художественного отделения цеха имени Фрунзе, бывшего «цеха украшений», в просторечьи — «украшенного цеха».
Рассказы этих мастеров, культурных и талантливых художников, — это своего рода новеллы из жизни. Случай, который рассказывается в них, всегда типичен для порядков и людей «украшенного цеха» и рассказывается приблизительно одинаково всеми в цехе. Если вы начнете рассказ Ногтева читать Киселеву, то он сам закончит его, и наоборот.
В Златоусте эти рассказы уже являются изустными преданиями и анекдотами. Но помимо их художественной ценности, они являются ценным материалом для знакомства с отраслью искусства рабочих Урала, которая имеет все возможности занять место рядом с мастерами Палеха и Мстеры.
Рассказал В. М. Козырев, резчик по кости и дереву, 52 лет, с тридцатилетним рабочим стажем.
Козырев — талантливый резчик по кости.
Рассказал В. А. Киселев, 72 лет, бывший мастер «цеха украшений», сам гравер и резчик, теперь пенсионер. Работал в цехе 56 лет.
Его рисунки до сих пор копируют молодые граверы. Это он составил для павильона на Парижской выставке орла из трех тысяч двухсот частей — образцов продукции завода. За этого орла завод получил золотую медаль.
Рассказал И. И. Ногтев, 52 лет. Работает на заводе 38 лет.
Рассказы каслинских литейщиков записаны в г. Касли в 1937 году.
Искусство художественного литья каслинских мастеров имеет мировую славу.
Каслинские литейщики и чеканщики были не только искусными мастерами, но и настоящими художниками. Знаменитые скульпторы и художники восхищались тонкостью и изяществом отделки, искусством, благодаря которому грубый, обыкновенный чугун превращался в сложные художественные группы, ажурные вазы, тончайшие, почти невесомые цепочки.
Рассказал старый формовщик литейного цеха Илья Сергеевич Мочалин.
Рассказал Глухов Федор Осипович, 50 лет работает на заводе чеканщиком.