— Что бы ты сделал, если бы тебе дали возможность помочь родине? — спросил Утида.
— Все, что от меня потребуется, господин.
— Согласился бы покинуть Японию, уехать в далекие края и жить там среди чужого народа?
— Да, охотно, если это потребуется, господин.
Утида в упор посмотрел на рикшу и вдруг предложил ему раздеться.
Хираяма беспрекословно снял куртку, развязал шнурок вокруг талии, и его короткие штаны упали к ногам.
Утида внимательно рассматривал сильные руки и плечи гостя, плоский живот, мощные бедра и икры, крепкие мускулы на спине. Он подумал, что Хираяма больше похож на борца, чем на рикшу. В каждом его движении чувствовалась сила и проворность борца.
Утида решил, что на сегодня достаточно, и предложил Хираяма прийти на другой день вечером. Он наказал никому не рассказывать об их беседе, даже жене.
Во время их второй встречи рикше пришлось молчать, почти все время говорил Утида. Так прошло много вечеров. Всякий раз новыми деталями дополнялся план использования Хираяма в качестве агента гэнъёся. Затем пришла очередь Тёити Хираяма принять присягу, к которой менее года назад Мицури Тояма привел своего протеже — юношу с бумажным змеем, по имени Фудзо Хаттори.
Но прежде чем это произошло, Хираяма готовился к предстоящей деятельности.
Он расстался с коляской рикши и, получив от Утида деньги, стал компаньоном Накамура, владельца небольшого продуктового магазина. От пожилого опытного лавочника он быстро познал все секреты торговли. Накамура очень сожалел о потере способного ученика и неутомимого помощника, когда Хираяма объявил, что на следующей неделе покидает его.
Утида настоял, чтобы слабая здоровьем жена Хираяма оставила работу на хлопчатобумажной фабрике Мотомура. Избавленная от других забот, кроме удовлетворения прихотей мужа, семнадцатилетняя женщина скоро начала поправляться. Еще до того как ее муж принял присягу и уехал в школу в Саппоро, он стал отцом двух сыновей-близнецов.
Поскольку Хираяма должен был обосноваться в Имане в качестве владельца японского магазина, его пребывание в Саппоро не затянулось. Когда он научился говорить по-русски, приобрел навыки в оценке информации и понял, что представляет собой орган, имеющий название на шпионском жаргоне «почтовый ящик»[26], он возвратился в Токио.
На деньги, полученные от Утида, Хираяма по совету знающих людей приобрел товары, которые не могли не понравиться жителям Имана. Он упаковал все в ящики, наклеил на них ярлыки и пошел проститься со своим «благодетелем».
— Я доволен вами, Тёити Хираяма, — сказал Утида, — и уверен, вы оправдаете мои надежды. Послушайте мой последний совет. Больше не рассчитывайте на мою помощь. Если вы потерпите неудачу как владелец лавки, вы потерпите неудачу и как агент. Помните, каких бы успехов вы ни добились, не ждите от родины никакой награды, кроме благодарности. Самая большая земная награда ничтожна в сравнении с той наградой, которую человек может заслужить у богов.
С этим последним напутствием, с решимостью добиться успеха, довольный собой Хираяма вместе с близнецами и женой, которая была беременна третьим ребенком, отплыл в Порт-Артур.
Перемены в жизни Хираяма, начавшиеся с того вечера, когда он вез Утида, не погасили живых огоньков в его темных глазах и не отняли у него приветливой улыбки.
Хираяма открыл магазин в Имане. Местные жители с любопытством присматривались к новому торговцу и магазину. Они останавливались около магазина, заглядывали в него, но делать покупки отваживались только самые смелые. Люди, живущие в таких отдаленных местах, подозрительно относились ко всему новому, особенно к чужестранцам, которые поселялись среди них.
На первых порах казалось, что Хираяма постигнет неудача. Он начал сомневаться в своих способностях завлекать покупателей и заводить с ними дружбу. А до приезда в Иман Хираяма думал, что под руководством Утида и Накамура он научился этому.
Однажды утром молодой торговец, один в пустом магазине, вскрывал ящик с новым товаром. Было тепло, и Хираяма снял куртку. Полуобнаженный, он продолжал орудовать молотком. От энергичных движений японец вспотел, его мускулистое тело заблестело, словно полированное дерево.
Стоя спиной к двери, он не видел и не слышал, как вошла жена капитана Григорьева. И только выпрямившись, чтобы перевести дух, Хираяма почувствовал, что за спиной у него кто-то стоит.
Капитану Григорьеву минуло сорок три года. Он был тощ и слаб. Но искусный портной в Санкт-Петербурге сшил капитану мундир, который скрыл недостатки фигуры. Увы, портной обманул и будущую мадам Григорьеву. И в двадцать один год, после двух лет замужества, она укоряла себя в том, что за красивым мундиром не заметила хилость его владельца.