Страны Центральной Америки обладали некоторыми вооруженными силами, но настолько малочисленными и слабо вооруженными, что с ними можно было не считаться. Но вопрос заключался не только в военной слабости, но и в том, что руководители этих стран в тот критический период были подвержены взяточничеству и коррупции, а внутри них шли постоянные раздоры, ослабляющие не только правительства, но и всю социальную структуру в целом.
Таким образом, Центральная Америка являлась удобной базой для достижения целей, которые ставила перед собой Япония. У японцев, несомненно, вызывал сожаление тот факт, что Центральная Америка находилась на столь большом расстоянии от баз в самой Японии. Однако невыгоды такого положения можно было заранее учесть.
Основные усилия японских шпионских приготовлений были направлены в сторону Центральной Америки. Здесь мы видим ту удивительную приспособляемость, которая была одной из выдающихся особенностей японского шпионажа.
Безусловно, японцы хорошо усвоили основные принципы шпионажа: шпион должен иметь убедительный повод для пребывания в том месте, куда он послан; шпион не должен привлекать к себе внимания; ни действия, ни речь шпиона не должны вызывать подозрение окружающих.
Среди японских агентов, действующих в данной части света, мы уже не найдем продавцов порнографических открыток и литературы, не встретимся с торговцами наркотиками и шарлатанскими снадобьями, не увидим священников или монахов, странствующих торговцев лентами, кружевами, пряжками и веерами. Вместо них мы встретим мелких фермеров, дантистов, парикмахеров, студентов, изучающих язык, продавцов рубашек, упаковщиков содовой воды, врачей и многие тысячи рыбаков.
Начиная шпионскую деятельность в Америке, японцы столкнулись с обычной трудностью, которая всегда возникала у них в западных странах. Они не в состоянии были изменить свою внешность, и она сразу выдавала в них не только иностранцев, но и именно японцев. В Америке эта проблема встала перед ними во всей своей полноте. Чтобы их шпионаж был эффективным, они должны были использовать в Америке, как и в других странах, возможно большее количество агентов. В то же время японцы были лишены возможности привлечь к шпионской деятельности необходимое количество местных жителей. Поэтому они выбирали для своих агентов такие профессии, которые позволили бы тем действовать, не вызывая подозрения. Как мы увидим, японцы делали это умело и с большой изобретательностью.
Сомнительно, чтобы какая-либо другая страна, кроме Японии, начала бы шпионскую деятельность в Центральной Америке с попытки учить мексиканцев ловить рыбу по-новому. Одним из японских экспертов по ловле рыбы на научной основе был доктор Ётути Мацуи, приехавший в Мексику в 1935 году по особому соглашению между японским и мексиканским правительствами. Мацуи, видимо, намеревался поделиться знаниями с мексиканскими рыбаками Тихоокеанского побережья. Но у него была и другая, более важная для японцев причина прибытия в Мексику. Подготовив почву, он должен попытаться добиться у мексиканского правительства согласия на организацию в заливе Сан-Габриэль, на самой южной оконечности полуострова Калифорния, колонии японских «рыбаков».
Вскоре после своего приезда доктор Мацуи познакомился с капитаном Мануэлем Камиро. Капитан уже знал о целях приезда доктора и взялся действовать в качестве его посредника в переговорах с мексиканским правительством. Поскольку первые попытки доктора Мацуи преподать научные методы ловли рыбы не имели большого успеха у мексиканских рыбаков (те не видели недостатков в своих собственных методах, применяемых веками их дедами и прадедами), они решили сосредоточить свои усилия на выполнении основного задания.
Итак, капитан Камиро и доктор Мацуи переехали в Гуаймас — небольшой рыболовный порт, расположенный почти посередине Восточного побережья Калифорнийского залива. В Гуаймасе они начали устраивать для местной знати богатые приемы, подготавливая таким образом почву для встречи с более важными должностными лицами, входящими в правительство. Но когда позднее Мацуи и Камиро встретились с последними, те не проявили склонности сотрудничать с японцами.
Это объяснялось тем, что значительное число мексиканских искателей жемчуга, занятых выгодным делом в заливе Сан-Габриэль, видели в японском предложении угрозу своему существованию. Правительство тоже пришло к заключению, что принятие японского предложения повлечет за собой уменьшение государственных доходов. По договоренности между искателями жемчуга и правительством первые заявили весьма энергичный протест. Правительство в связи с этим было вынуждено принять соответствующие меры.