Наиболее трудной для Жданова была борьба за аппарат Управления пропаганды и агитации, которое тогда играло значительную роль, возглавляя всю вообще идеологическую работу партии. Начальником этого Управления был Г. Ф. Александров. За годы войны Александров развивал большую деятельность, много писал сам, еще больше редактировал написанное другими, лично руководил работой Управления, принимал самое активное участие в подборе вместе с Маленковым руководящих кадров для отделов пропаганды на местах. Наиболее же важным было личное доверие к нему Сталина, которое делало положение Александрова настолько прочным, что свергать его было трудно даже Жданову, который тогда был в зените своих успехов и имел за собою большинство и в секретариате (ЦК, и в Оргбюро, и в Политбюро.
Первым открытым ударом по Александрову было решение ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 г. «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“», которое открыло целую серию «знаменитых» в судьбах советской культуры «решений ЦК по идеологическим вопросам», определивших политическое содержание всего «ждановского» периода послевоенных чисток на фронте культуры. Формально постановление ЦК было направлено против ленинградского горкома партии, в ведении которого находились журналы «Звезда» и «Ленинград» и который не только разрешал сотрудничество в них таких «чуждых советской литературе» авторов, — как Зощенко и Ахматова, но и допустил включение первого в состав редакции «Звезды». Два других постановления ЦК, принятые на протяжении ближайших трех недель — «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению» (от 26 августа 1946 г.) и «О кинофильме „Большая жизнь“» (от 4 сентября) — как и раз и подтверждают то, что атака Ждановым велась против всей политики Управления пропаганды и агитации за военные годы. Она открыто била по Александрову и еще больше по Маленкову, который был главным покровителем и вдохновителем Александрова.
В сентябре 1946 г. в этот «антималенковский» фронт активно включилась еще одна влиятельная группа — группа Андреева, члена Политбюро. 26 сентября датировано постановление Совета министров СССР «О фактах нарушения Устава сельскохозяйственной артели». 9 октября тот же Совет министров совместно с ЦК ВКП(б) принял решение о создании особого Совета по делам колхозов, наделенного чрезвычайными правами. Председателем этого Совета был назначен Андреев, член Политбюро и заместитель Сталина по председательству в Совете министров. Председателем Совета по делам колхозов также был Андреев. В списке членов этого нового Совета не было имени Маленкова. Много более важным следует считать тот факт, что одним из заместителей Андреева был назначен Н. С. Патоличев, имя которого было напечатано с пометкой «секретарь ЦК».
Ни раньше, ни позже сообщения об избрании Патоличева секретарем ЦК в печати не появлялось. Между тем факт пребывания Патоличева на посту одного из секретарей ЦК надо считать несомненным. Бывший секретарь Ярославского, а затем Челябинского обкомов, член ЦК с февраля 1941 г., Патоличев на мартовском 1946 г. пленуме был избран в состав Оргбюро вместе с тремя другими секретарями обкомов — Андриановым, Родионовым и Сусловым. Их избрание было результатом решения обновить центральный аппарат путем привлечения в него наиболее выдвинувшихся представителей партийного аппарата на местах. Уже с августа 1946 г. фигура Патоличева появляется на парадных трибунах во время различных празднований неизменно среди других секретарей ЦК, не состоящих одновременно членами Политбюро — впервые 14 августа 1946 г., в день авиации, рядом с А. А. Кузнецовым и Г. М. Поповым. Кроме списка членов Совета по делам колхозов, секретарем ЦК Патоличев назван был в отчете об открытии Академии общественных наук (Правда. 1946. 2 нояб.). Наконец, на торжественном заседании 6 ноября 1946 года Патоличев занимает место в президиуме в том же самом окружении — Кузнецов, Патоличев, Попов. Это место Патоличев занимал и на трибуне во время парада 7 ноября 1946 года.