Нужно отдать должное Ленину. Он выполнил данное германскому правительству обещание в первые же часы прихода к власти: 26 октября на съезде Советов он зачитал известный декрет о мире. На следующий день декрет был опубликован Петроградским телеграфным агентством (захваченным и контролируемым большевиками). Правительства стран Четверного союза, внимательно следящие за происходящим, отметили это заявление, но разошлись в реакции на него. Министр иностранных дел Австро-Венгрии граф О. Чернин, один из самых разумных дипломатов своего времени, настоятельно рекомендовал начать в германских и австро-венгерских полуофициальных органах обсуждение заявления советского правительства в благожелательном для большевиков тоне и подготовить почву для скорейшего начала мирных переговоров, дабы как можно быстрее заключить перемирие, а затем и мир. Против этого возражал статс-секретарь Германии по иностранным делам Кюльман, считавший, что борьба за власть между Лениным и Керенским еще не закончена, что большевистский режим ни в коем случае нельзя назвать стабильным; а ухватившись преждевременно за неофициальное большевистское заявление, переданное не в виде ноты, а по телеграфу, немцы рискуют показаться слабыми. К тому же немцы боялись скомпрометировать большевиков слишком поспешным проявлением дружеских чувств к ленинскому правительству и дать этим повод Антанте и оппонентам Ленина в России утверждать, что большевики состоят в сговоре с Германией. Поэтому 26 октября (8 ноября) германский посланник в Стокгольме рекомендовал МИДу не публиковать в немецкой и австрийской прессе никаких заявлений о предварительном соглашении с большевиками.
В эти ноябрьские дни 1917 г. Восточный фронт как военный фактор перестал существовать, и немцы начали перебрасывать войска на запад. 14 (27) ноября германское Верховное командование дало согласие на ведение официальных переговоров о мире с представителями советской власти. Начало переговоров было назначено на 19 ноября (2 декабря). Со своей стороны в заявлении от 15 (28) ноября советское правительство указало, что в случае отказа Франции, Великобритании, Италии, США, Бельгии, Сербии, Румынии, Японии и Китая присоединиться к большевикам Россия и страны Четверного блока начнут сепаратные переговоры.
Именно такой декларации ждало германское правительство. На следующий день, 16 (29) ноября, выступавший в рейхстаге канцлер Германии Гертлинг подтвердил, что готов вступить в переговоры, как только русское правительство направит к немцам специальных представителей. 17 (30) ноября на указанных условиях к переговорам согласилась присоединиться Австро-Венгрия.
Оставалось только удержать большевиков у власти до момента подписания соглашения. И Германия оказала большевикам помощь в трех направлениях: финансовом, дипломатическом и военном. Различными путями Германия финансировала большевистское правительство. Она оказала давление на нейтральные страны, пытаясь заставить их признать большевиков в качестве законного правительства России. Если при этом победы на дипломатическом фронте оказались незначительными, то во многом из-за противодействия Антанты.
Германия не хотела теперь иметь дело ни с кем, кроме большевиков, отказываясь от переговоров с другими социалистическими партиями. Эта политика немцев не изменилась по существу до октября 1918 г., когда дипломатические отношения с советской Россией были разорваны, наконец, в ответ на подрывную деятельность советского полпредства в Германии, ставившего своей целью организацию там коммунистического мятежа.