— Она поправится? — спросил его Самуэль тихим голосом.
— Остановка сердца произошла от сильной потери крови, — объяснил Мартин. — Выкарабкается ли она? Это зависит от ее воли к жизни…
— Могу я побыть с ней?
— Она еще не скоро придет в себя… Впрочем, как хотите… Можете остаться, — разрешил Мартин и вышел из палаты.
В приемном покое больницы Монкада, сидя в кресле, перелистывал газету. Вошла запыхавшаяся Алехандра. От Бениты она узнала, что с матерью плохо. В середине зала Алехандра остановилась, огляделась и направилась к Монкаде.
— Где она? Где моя мать?
— В палате интенсивной терапии. К ней никого не пускают, так что лучше сядь здесь и подожди. Твой отец сейчас выйдет, он разговаривает с лечащим врачом, — спокойно сказал Монкада.
— Что с ней случилось?
— Несчастный случай, — лаконично произнес Монкада.
— Неправда! — воскликнула Алехандра. — Я звонила сюда, в больницу, и мне сказали, что у мамы была остановка сердца и что ее доставили при смерти. Они с отцом опять поссорились?
Монкада растерялся и не знал что ответить.
— Я не в курсе, не знаю подробностей, — пробормотал он, отводя взгляд.
— Ну, конечно же, ты все знаешь, Монкада, — иронично заметила Алехандра, — разве не так? Просто тебе запретили говорить, а ты как всегда, выполняешь приказ твоего хозяина… Впрочем, мне и так все ясно! Мои родители ненавидят друг друга. Но должен же хоть кто-нибудь из них иметь достаточно смелости и порядочности и признать, что их брак оказался неудачным. Не надо было доводить дело до трагедии!
Монкада с удивлением смотрел на Алехандру, чувствуя себя бессильным что-либо возразить. Девушка сердито отвернулась от него и стала смотреть в окно. Вдруг за спиной ее кто-то окликнул. Алехандра повернулась и увидела Марию Алехандру.
— Алехандра, дорогая, я тебя повсюду ищу…
— С мамой очень плохо! — едва сдерживая слезы, сказала Алехандра.
— Да, я знаю… Я звонила вам домой и Бенита мне все рассказала, — Мария Алехандра обняла девушку за плечи. — Ты не волнуйся, она поправится, вот увидишь.
— Не знаю, что и думать! Никто не хочет мне сказать, что же произошло с мамой, — пожаловалась Алехандра.
— Успокойся, все будет хорошо! — сказала Мария Алехандра, садясь в кресло. Алехандра села рядом. Наконец-то она могла поделиться с кем-то своими переживаниями, и девушка начала рассказывать Марии Алехандре о Фернандо и о том, что у него появилась другая.
— Внутри я чувствую такую пустоту!.. — с тоской произнесла Алехандра. — Все произошло слишком быстро. Я даже не знаю, злиться мне на него или ревновать?
— Ты должна реально смотреть на вещи и принимать жизнь такой, какая она есть. И учиться на своих ошибках. Фернандо не тот человек, который тебе нужен. Он старше тебя, твой отец его терпеть не может… К тому же он встречается с другой… Так что все к лучшему, — рассудительно сказала Мария Алехандра и погладила девушку по волосам. — Он бы тебе принес только страдания.
— Ты не поняла… Я не собираюсь от него отказываться! — твердо сказала Алехандра.
— Как? Что ты говоришь?! — насторожилась Мария Алехандра.
— Слишком поздно!.. С этим уже ничего не поделаешь… — покачала головой Алехандра. — Я его люблю, и он будет моим. Я знаю, что мне будет нелегко, но я готова идти до конца…
Некоторое время Монкада следил за Марией Алехандрой и дочерью сенатора, но те были слишком заняты своим разговором. Монкада встал с кресла и незаметно выскользнул в коридор. Войдя в палату Дельфины, он решительными шагами направился к Самуэлю.
— Внизу, в приемном покое, ваша дочь и Мария Алехандра. Но приехали они в больницу по-отдельности, — сообщил Монкада сенатору.
— О Господи! Как все это объяснить дочери? — схватился за голову Самуэль.
— Дежурная медсестра ей сказала, что речь идет о сердечном приступе.
— А откуда узнала Мария Алехандра? — озабоченно спросил Самуэль.
— Не знаю, сеньор.
— Я пойду, поговорю с дочерью, а ты оставайся здесь… На всякий случай… — попросил Самуэль.
Монкада согласно кивнул головой. Когда сенатор закрыл за собой дверь, Монкада обошел вокруг кровати, на которой лежала Дельфина, и уселся в углу на табурете. «Отдыхай, любимая, и не беспокойся ни о чем, а я буду охранять твой сон», думал Монкада, с нежностью глядя на Дельфину.