— Сестра, прошу вас, скажите ей вы… — Монкада обернулся, ища поддержки, но сестры уже и след простыл. — Куда она подевалась?
— Сама я отсюда не уйду. Если хочешь, попробуй вывести меня силой! Но за последствия я не ручаюсь! — заявила Алехандра.
Я никогда и ни к кому не применял силы, — спокойно заметил Монкада. — Не стану делать этого и сейчас, сеньорита.
С этими словами Монкада вышел, решив, что самым благоразумным в такой ситуации будет разыскать Самуэля, и пусть он решает. Оставшись наедине с матерью, Алехандра не могла сдержать слез.
— Мамочка! Родная! Не умирай! Я, наверное, не самая примерная дочь, но я тебя люблю! — запричитала Алехандра сквозь рыдания. — Ты помиришься с папой. И все будет как прежде. Только не умирай, ты мне нужна!
Алехандра взяла Дельфину за руку, чтобы поцеловать, но заметила, что запястье руки забинтовано. Заподозрив неладное, девушка откинула простыню, которой была прикрыта Дельфина, и увидела, что и второе запястье туго затянуто бинтом. Ужасная догадка поразила ее.
— Мамочка, как ты могла?! Зачем ты это сделала?! — недоумевала Алехандра, испуганно всматриваясь в лицо матери.
…Выскочив из палаты Дельфины, Перла с такой скоростью помчалась прочь, что на повороте буквально сбила с ног Самуэля. Испугавшись, что он узнает ее, Перла с силой оттолкнула его.
— Нельзя же так! Послушайте! — пытался задержать ее Самуэль, но Перла не остановилась и продолжала, не оглядываясь, бежать по лестнице. — Что это с ней? Сумасшедшая какая-то!
Почти добежав до раздевалки, Перла увидела двух медсестер, одна из которых несла в руках ее одежду.
— Надо отнести это сестре-хозяйке. Пусть узнает, кто это здесь оставил, — сказала она, проходя мимо Перлы и не обратив на нее внимания. Перла поняла, что домой ей придется возвращаться в халате. «Черт! Вот не везет!» — разозлилась Перла. Когда она выходила из больницы, у дверей ее остановил санитар из машины «скорой помощи»:
— Сестра! Помогите! Здесь привезли женщину… У нее выкидыш.
— Тем хуже для нее! — отрезала Перла, даже не взглянув на него.
Ошеломленный таким ответом санитар увидел, как «медсестра» остановила на улице такси, села в машину и уехала.
ГЛАВА 16
В рабочем кабинете Себастьяна Мария Алехандра пыталась утешить мужа, воспользовавшись недолгим просветом в приеме больных.
— Не казни себя, дорогой!.. Ты не мог знать, что Дельфина решится на такое, — убежденно произнесла Мария Алехандра.
— Я обязан был выслушать ее! Я должен был понять ее чувства? — Себастьян обхватил голову руками.
— Семейная жизнь Дельфины была сплошным наказанием, — вздохнула Мария Алехандра. — С Самуэлем она была очень несчастна. Неудивительно, что она влюбилась в тебя, но источник ее несчастья — Самуэль Эстевес… Себастьян, ради Бога! Я не могу видеть, как ты убиваешься!
— Мария Алехандра, тебе тоже надо отдохнуть. Поезжай домой… Дельфина будет без сознания еще несколько часов, — Себастьян ласково погладил жену по щеке.
— Я не могу уйти, оставив тебя в таком состоянии, — возразила Мария Алехандра. — Я не уеду домой до тех пор, пока не увижу на твоем лице улыбку.
Себастьян, сидя в кресле, притянул к себе стоящую перед ним жену и спрятал лицо у нее на груди. Мария Алехандра с трогательной нежностью провела рукой по его волосам.
Самуэль открыл дверь в палату Дельфины. Алехандра плакала, сидя у кровати матери.
— Почему, папа? Почему она это сделала? — спросила Алехандра, увидев входящего отца.
Самуэль обнял Алехандру за плечи и поднял с табурета.
— Давай выйдем отсюда… — предложил Самуэль.
— Нет, я не могу оставить ее одну! — сопротивлялась Алехандра. — Почему она хотела уйти из жизни? Ответь мне, папа! Почему ты меня обманывал?
— Я не обманывал тебя… я хотел оградить тебя от всего этого, от страданий, — объяснил Самуэль.
— Ты не имел права скрывать от меня то, что произошло с мамой! Боже, как же ей должно было быть плохо, чтобы ей захотелось умереть! — с отчаянием произнесла Алехандра. — Бедная моя мамочка!
Рыдания опять начали сотрясать ее. Самуэль ласково похлопал дочь по спине.
— Успокойся!.. Не плачь больше… — пытался утешить ее Самуэль. — Я люблю твою мать, Алехандра. И, клянусь тебе, никогда не хотел сделать ничего, что причинило бы ей боль. Я предпочел бы жить вдалеке от нее и даже отказаться от нее совсем, только чтобы не причинять ей боли.
— Так вот в чем дело? — глаза Алехандры мгновенно высохли. — Ты хочешь ее оставить? Ты собираешься разводиться с ней?