— Доченька, это ей нужно оставить меня… — Самуэль почувствовал как у него перехватило в горле.
— Но почему? — большие глаза Алехандры смотрели с недоумением. — Ты ведь самый лучший муж в мире!
— Но она так не считает… — возразил Самуэль.
— Нет, папочка! Не надо вам разводиться! Я этого не вынесу! — прижалась к отцу Алехандра.
— Давай не будем сейчас об этом… — попросил Самуэль. — Самое главное сейчас — это твоя мама, ее здоровье…
— Ты не веришь, что ваши отношения могут уладиться? — в глазах Алехандры застыла тревога. Самуэль вдруг увидел, как повзрослела его дочь.
— Что я могу тебе ответить? — пожал плечами Самуэль. — Если ошибку совершают в твоем возрасте, у человека есть еще вся жизнь впереди, чтобы ее исправить. К сожалению, в моем возрасте время ограничено.
— Какую ошибку ты имеешь в виду?
— Сложный вопрос… — задумался Самуэль. — Видишь ли, некоторое время тому назад твоя мама попросила у меня развод, но я отказал ей… И вот результат!.. Я не хотел развода, не хотел разрушать нашу семью, пойми меня! Я так ее люблю, что был согласен на «плохой мир», только не развод. Ко больше я не буду на этом настаивать. Она меня не любит…
— Этого не может быть!.. — прошептала Алехандра. Ей до боли было жалко отца.
— Это правда. Она меня не любит и чувствует, что я испортил ей жизнь. Она хочет быть свободной, а я стал мешать ей… Как вспомню, как мы бывало по вечерам садились в гостиной… Ты забиралась ко мне на колени и читала вслух и мама сидела рядом… — Самуэль не мог продолжать, чувствуя, что сейчас разрыдается. Алехандра сжала его руку в своих ладонях.
Гертрудис любила эти послеобеденные часы. Дела по дому уже все переделаны, а до ужина еще далеко. Хозяева разъехались кто куда. Даже сестра Эулалия ушла повидаться со священником. Гертрудис вышла в сад, наполненный благоуханием цветов. Увидев Мече, она пригласила ее сесть рядом на скамейку. Женщины принялись обсуждать последние новости. Разговор вертелся вокруг домашних дел. Гертрудис поведала Мече о том, что Кэти разговаривала с доньей Деворой.
— Все дело в том, что сеньора Кэти — очень умная женщина и так любит донью Девору, — со значением выговорила Гертрудис.
— Я ничего не поняла, Гертрудис, — заинтересованно сказала Мече. — Как они могли разговаривать?
— Ну, разговором это не назовешь… Просто сеньора Кэти задавала вопросы, а донья Девора отвечала ей, прикрывая глаза. Когда она хотела ответить «да», то закрывала глаза один раз, а когда «нет» закрывала глаза два раза, — ответила Гертрудис, очень довольная тем, что смогла объяснить Мече, как хорошо все придумала Кэти.
— Боже! Как же я сама не догадалась! — вскричала Мече. — Так просто! Конечно же Девора все время пыталась назвать имя той, которая убила несчастного Луиса Альфонсо. Этим и объясняются ее припадки и судороги. Вот что… Я побегу домой и подготовлю список всех знакомых Деворы. Я ей их всех перечислю, а она мне ответит глазами. Таким образом мы узнаем имя убийцы! Как же я раньше не догадалась!
Гертрудис с удивлением смотрела вслед Мече, которая бежала к дому, размахивая в воздухе руками. В дверь позвонили и Гертрудис пришлось вернуться в дом. На пороге стояла Кэти.
— Гертрудис, ты должна мне помочь! — сказала она, проходя в гостиную. Опустившись в кресло, Кэти откинула прядь волос со лба и принялась излагать Гертрудис свой план.
— Ох, сеньора, боюсь у вас ничего не получится! — Гертрудис была явно напугана. — А уж какие неприятности ожидают меня!..
— Ничего тебе не будет! — заверила ее Кэти. — В конце концов, я — мать Даниэля и имею полное право забрать его с собой.
— Но чем я могу помочь? Что мне делать? — участливо спросила Гертрудис.
— Тебе надо только собрать ему чемодан. Положи кое-что из вещей. Ну, и какую-нибудь игрушку! А когда его привезут домой, выведи его потихоньку ко мне, — убеждала Кэти Гертрудис.
— Вывести его из дома? А как же Мария Алехандра? — опять испугалась та.
— При мне ты лучше даже не упоминай ее имени! — рассердилась Кэти. — Ты выведешь моего сына из дома и передашь его мне!
— Но мальчик меня не слушается, сеньора. Он вообще никого не слушается, кроме… — Гертрудис осеклась, боясь опять рассердить Кэти.
— Кроме Марии Алехандры? — переспросила Кэти. Гертрудис кивнула. — Ничего. Я смогу поставить ее на место. Последнее слово будет за мной. Ну, пойдем…
— Куда? — встрепенулась Гертрудис.
— Надо воспользоваться тем, что Себастьяна и его благоверной нет дома. Пойдем в комнату Даниэлито и соберем его вещи. — Кэти решительно встала и направилась на второй этаж. Гертрудис замялась. Кэти обернулась к ней: Не бойся! Все у нас выйдет просто замечательно! Вот увидишь!