— Вот, здесь все записано, — протянула ему Анна Мария маленькую видеокассету. — Извини, что мне пришлось прибегнуть к этому трюку, но иначе ты бы мне не поверил.
— Я не знаю, в какие юры вы играете, Анна Мария. Вы меня чем-то здесь опоили и я потерял сознание… Возможно, здесь что-то и произошло, но я к этому никакого отношения не имею! — опять переходя на «вы», сказал Камило.
— Да, я знаю… С тех пор, как это произошло на острове, я пыталась найти какой-то выход, читала специальную литературу… Это происходит с вами помимо вашей воли… — Анна Мария смотрела на Камило с мольбой и жалостью.
— Минутку… Что же это такое? О чем это вы?.. Это уже переходит все рамки!.. Да еще записать меня на видео, когда я был одурманен… Да, кстати, что это такое вы дали мне выпить? — Камило окинул девушку подозрительным взглядом.
— Это было вино… Просто вино и больше ничего, Камило, — умоляюще произнесла Анна Мария. — Прошу вас, поверьте мне!.. Просмотрите эту запись!
Камило выхватил из рук Анны Марии кассету:
— Дайте сюда! Не знаю, в чем тут дело, но если это какая-то интрига… западня, вы об этом очень пожалеете! — с угрозой в голосе предупредил Камило. На ходу надевая пиджак, Камило подошел к двери, рванул ее на себя и отпрянул… За дверью стояла Перла. Камило обернулся к Анне Марии:
— Что все это значит? Что ей здесь нужно? Вы знакомы?
— Камило, я вам сейчас все объясню! — занервничала Анна Мария.
— Нет! Пусть она объяснит! — сказал Камило, указывая на Перлу.
— Кто же не знает, что Анна Мария — ваш секретарь? — попыталась уклониться от ответа Перла.
— А ты — секретарь Самуэля Эстевеса, человека, чьими интригами я уже сыт по горло! Так что тебе здесь нужно? — допытывался Камило.
— Камило, послушайте!.. — пыталась остановить его Анна Мария.
— Я спрашиваю не у вас, а у нее! — отрезал Камило.
— Я пришла поговорить с твоим секретарем, потому что в последнее время, когда я пыталась поговорить с тобой, ты вел себя очень агрессивно. Вот и все! — заключила Перла.
— И о чем же ты хотела говорить с Анной Марией? — недоверчиво глядя на Перлу, спросил Камило.
— Я пришла сообщить новость о том, что я уже не работаю у Самуэля Эстевеса… И что ты можешь располагать мной! — произнесла Перла почти торжественным тоном.
— Ах, вот оно в чем дело! Так я тебе и поверил! — Камило оценивающим взглядом окинул Перлу и повернувшись к Анне Марии, сказал: — Завтра я жду вас на работе. Нам есть, о чем поговорить. Надеюсь, вы не оставили у себя копию этого?
Камило запихнул кассету себе в карман и вышел из квартиры, с шумом захлопнув за собой дверь.
Перла лукаво подмигнула Анне Марии:
— Как ты думаешь, он знает?
— Да, теперь он что-то заподозрил… — ответила Анна Мария. — Послушай, уходи отсюда! Нам не о чем говорить! Я никогда за ним не шпионила и не собираюсь делать это в будущем! Запомни, я никогда не предам Камило Касаса!
— Обстоятельства изменились, Анна Мария… Отныне я собираюсь использовать информацию о Самуэле Эстевесе, чтобы положить конец его политической карьере. И готова сделать все, чтобы Камило победил на выборах! — Перла доверительно положила руку на плечо Анны Марии.
— Ладно, — устало вздохнула Анна Мария. — Завтра обо всем поговорим… А сейчас я очень хочу спать!
Анна Мария закрыла за Перлой дверь и прошла в ванную. «Главное, что он взял кассету с собой!» — думала она, стоя под горячими струями воды и чувствуя, как нервное напряжение понемногу начинает спадать.
Себастьян принял душ, надел мягкий махровый халат и в таком домашнем виде поднялся в спальню матери.
— Как мы себя чувствуем, донья Девора? — ласково спросил он, взяв мать за руку. — Ничего, мама, скоро ты поправишься. Сейчас для тебя главное — сохранять спокойствие и веру в то, что совсем скоро ты сможешь встать с этой кровати.
Девора глазами пыталась указать сыну на рисунок Даниэлито.
— В чем дело, мама? — спросил Себастьян, целуя ее руку. — Чем ты обеспокоена? Что ты хочешь мне сказать?
Себастьян проследил за взглядом Деворы и взял в руки рисунок сына с надписью, сделанной его матерью.
Даниэлито, одетый в пижаму, закончил читать на ночь молитву. Эулалия с одобрением погладила мальчика по голове.
— Сестра Эулалия, я давно хотел спросить вас… — поднялся с колен Даниэлито. — Бог ведь невидимый?
— Вовсе нет… — улыбнулась монахиня. — С чего ты взял?