… Самуэль вошел в палату Дельфины. Его жена лежала на кровати, одетая в смирительную рубашку.
— Дельфина, умоляю тебя, выслушай меня! — Самуэль опустился на край кровати. — Я пришел не для того, чтобы требовать от тебя объяснений. Я хочу сделать тебе предложение и в твоей воле принять его или отвергнуть. Каким бы ни было твое решение, я тебе обещаю, что соглашусь с ним, как бы тяжело мне ни было. Я люблю тебя, Дельфина!.. Люблю до самозабвения. И во имя этой любви я хочу предложить тебе, если это возможно и если ты согласна… Давай забудем о том, что было в прошлом, и посмотрим в будущее. Ребенок, которого ты ждешь, может дать начало новой жизни для нас обоих… Ты сама признаешь, как много для меня значит Алехандра… Представь, что я чувствую, зная, что ты носишь в себе ребенка от меня… Я так счастлив! И я мечтаю о том, чтобы все мы опять стали дружной любящей семьей, как было когда-то. Это мое самое горячее желание. Я жду твоего решения… Если хочешь, подумай, не отвечай мне сейчас же. Я буду ждать…
Самуэль опустил голову, боясь взглянуть на жену.
— Самуэль, сядь поближе, — попросила Дельфина. — Я верю тебе и наши желания совпадают… Прошу тебя, не оставляй меня! Верни мне веру в жизнь! Возьми меня с собой в тот рай, который ты хочешь построить для нас двоих!
Лицо Самуэля осветилось счастьем. Он радостно рассмеялся и обнял жену. Прижимаясь щекой к его груди, Дельфина думала о том, как легко обмануть даже очень умного и хитрого человека, если он любит.
Пача была уверена, что Рикардо ей перезвонит. И тогда она, делая вид, что уступает его настойчивости, а на самом деле горя желанием встретиться с ним, согласится пойти на вечер. А что же ей надеть? Пача открыла шкаф и стала перебирать свои наряды. Розовое платье или голубое?
— Алехандра, мне нужен твой совет. Какое платье мне надеть? — Пача приложила к себе вешалку с платьем. — Это? Или это?
— Я всегда говорила, что голубое тебе идет больше, — лениво ответила Алехандра. — А куда это ты собираешься?
— Понимаешь, сегодня после занятий у колледжа меня поджидал Рикардо, он пригласил меня на вечер в консерваторию, — простодушно рассказывала Пача. — Я, конечно, сначала отказалась, но уверена, что он позвонит, и тогда я соглашусь.
— Не трудись, Пача. Ты не пойдешь на этот вечер, — холодно бросила Алехандра.
— Почему? — у Пачи округлились глаза.
— Потому что Рикардо пригласил меня и я согласилась пойти с ним, — избегая встретиться с Пачей взглядом, ответила Алехандра.
— Пача, стараясь изо всех сил сдержать слезы, опять открыла шкаф, чтобы повесить платья на место. Алехандра, чувствуя себя виноватой, выскользнула из комнаты, спустилась в гостиную и сама позвонила Рикардо.
— Привет! — бодрым голосом сказала она. — Это Алехандра. Послушай, а ты не хотел бы пойти на этот вечер со мной?
— Там будет весь наш факультет, Алехандра… Нет, я не могу так поступить в отношении моего друга, — неуверенно возразил Рикардо.
— Ну при чем здесь это? Между мной и Фернандо все кончено… И потом, я тебя прошу, чтобы ты меня пригласил на вечер, а не взял замуж, — капризно сказала Алехандра.
— Я прекрасно понимаю, чего ты хочешь, и не намерен играть роль подсадной утки, — холодно заметил Рикардо.
— Прошу тебя, Рикардо… Ты ведь мой друг и мне нужна твоя помощь, — умоляла его Алехандра.
— Ну, хорошо… А что я должен делать?
— Возьми напрокат лучший смокинг, который ты можешь достать. О деньгах не беспокойся, я тебе возмещу расходы. Но ты должен быть одет элегантно, — торопливо проговорила Алехандра.
— И буду чувствовать себя круглым идиотом! — прокомментировал с сарказмом Рикардо.
— Я тебе никогда не забуду эту услугу! — Алехандра испугалась, что Рикардо откажется. — Умоляю тебя, для меня это вопрос жизни и смерти!
— Ладно, хорошо… Договорились, — уступил Рикардо, сердясь на самого себя за свою слабость.
«Так вот в чем дело! — подумала Пача, которая подслушивала этот разговор по параллельному телефону. — Я никогда не прощу этого Алехандре!»
Камило сидел в своем кабинете, обхватив голову руками. «О Господи! Что же мне делать? Я — убийца и насильник! Мне надо лечиться… Возможно, сделать операцию… Или сдаться полиции?.. Как быть?» — думал он. После встречи с Марией Алехандрой Камило, мучимый угрызениями совести, зашел даже в церковь исповедаться у падре Фортунато. Священник не узнал его, а Камило чуть было не выдал себя, сознавшись, что одной из его жертв был дорогой для падре Фортунато человек. Камило искал успокоения в исповеди, но не нашел. На душе было муторно. Он виноват, но в чем? Камило и сам не знал, не помнил ничего.