— И мое алиби — это ты? — спросил Камило. — А тебе зачем это нужно?
— Мне нужно, чтобы ты начал мне доверять. Я уже сказала тебе и повторю еще раз: теперь я на твоей стороне, Камило, — Перла положила ладонь на плечо Камило.
Камило согласно кивнул головой.
…Вернувшись к себе в кабинет, Камило позвонил Мартину и попросил его срочно приехать.
— После того как я просмотрел видео, которое записала Анна Мария, я увидел себя самого… — рассказывал врачу Камило. — Я увидел мое лицо… Таким я себе еще не знал… Я пытался убить Анну Марию… Но это еще не все. Я позвонил ей и мы договорились встретиться у нее. Я приехал к ней, но ее не оказалось дома. Я всюду ее искал, но не нашел… Анну Марию убили… Задушили… Завтра эта новость появится в газетах. Ты что-нибудь понимаешь? Неужели в этом причина моих приступов? И во время этих приступов потери памяти я совершаю убийства?
— Ты думаешь, что это ты убил твоих двух секретарей? — удивленно взглянул на него Мартин.
— Не знаю. Я уверен, что не убивал Анну Марию. Сегодня у меня не было приступа… Я не знаю, что и думать… Неужели я схожу с ума? — затравленно посмотрел на врача Камило.
— Подожди… Надо разобраться… Сделать новые анализы… Провести обследование, — Мартин был растерян не меньше, чем Камило.
— Но что делать мне? Я хотел сдаться полиции…
— Но ты же не уверен в том, что это ты убил, — возразил Мартин.
— Как мне жить дальше с таким грузом на совести? — почти застонал Камило.
— Возможно, у тебя раздвоение личности. Этот диагноз очень трудно установить, — покачал головой Мартин.
— Скажи, что мне делать?
— Пока не говори никому ни слова о том, что ты мне рассказал. И успокойся! Если случится новый приступ, вызови меня немедленно. Надо дождаться, чтобы полиция закончила расследование этих убийств. Если ты виноват, они тебя найдут, — принял решение Мартин. — Надо выждать. Возможно, появится настоящий убийца.
— Да, ты прав, — согласился Камило. — Надо выждать!.. И спасибо!
У Алехандры остался неприятный осадок от последнего разговора с Пачей и она решила объясниться с ней. Нашла она Пачу в саду.
— Пача! Я тебя повсюду ищу, а ты, оказывается, здесь! Что ты делаешь? — примирительно спросила Алехандра.
— Хороню мои чувства, — мрачно отозвалась Пача.
— Ну, зачем ты так? Рикардо пригласил тебя. Ты отказалась. Я воспользовалась случаем, потому что мне необходимо быть на этом вечере. Я должна доказать Фернандо, что могу обойтись без него, что он мне совсем не нужен, хотя это неправда, — Алехандра обняла за плечи Пачу.
— Ты не беспокойся обо мне… Что обо мне волноваться? Кто я такая в конце концов? Бедная и некрасивая родственница, живущая у вас в доме из милости! Где мне сравняться с тобой?! — с горечью сказала Пача.
— Пача, у меня ведь тоже были неприятности из-за тебя… Прости, если я тебя обидела. Но между нами было не только плохое, но и хорошее тоже! — пыталась утешить Пачу Алехандра.
— Да уж! Очень хорошее! — с сарказмом заметила Пача. — Когда я влюбилась в Себастьяна Медину, ты выставила меня полной идиоткой… Впрочем, я тебе благодарна за это. А теперь ты увела у меня парня, который впервые пригласил меня на вечер. Конечно, у меня и без этого в жизни полно развлечений!
— Послушай, я хотела объяснить тебе, почему я иду на этот вечер с Рикардо, но ты не желаешь меня выслушать. Ты хочешь, чтобы я чувствовала себя виноватой, но этого ты не добьешься! — раздраженно сказала Алехандра.
— Ты виновата? Да что ты! Наоборот, я хочу, чтобы ты веселилась от души на этом вечере вместе с Рикардо. Ты ни в чем не виновата, — заключила Пача и передернула плечами, сбрасывая руку Алехандры.
Дверь в палату Дельфины медленно приоткрылась и в нее заглянул Монкада.
— Это ты, Хоакин? — ласково окликнула его Дельфина, приподнимаясь на кровати.
Монкада вошел, озираясь и ища кого-то взглядом.
— А где сенатор? — спросил он.
— Его здесь нет… Не бойся! Это я тебя позвала, — улыбнулась Дельфина. — Почему ты не пришел навестить меня?
— Сенатор поручил мне заняться срочными делами и я просто не мог вырваться, — не очень внятно объяснил Монкада.
— Неужели тебе было все равно, что происходит со мной, Хоакин? — с упреком спросила его Дельфина.
— Я волновался больше всех! — заверил ее Монкада.
— Я этого как-то не заметила, — покачала головой Дельфина.
— Сенатор запретил мне приезжать в больницу, — признался Монкада.
— И ты был не способен нарушить его запрет, даже ради меня? — возмутилась Дельфина.