— Я не хотел мешать. В такой счастливый момент… — Монкада многозначительно замолчал.
— Какой счастливый момент? — не поняла Дельфина.
— Сенатор так счастлив, что будет отцом, — объяснил Монкада.
— А ты что об этом думаешь? — испытующе взглянула на него Дельфина.
— Я завидую его счастью, — искренне сказал Монкада.
— Тебе не следует завидовать ему, Хоакин, потому что этот ребенок… не Самуэля. Женщина всегда знает, в какой момент она забеременела. Самуэль может говорить что угодно, кричать на всех углах, что это его ребенок, но только я знаю правду… — вкрадчивым голосом произнесла Дельфина. — А ты не хочешь узнать, кто отец моего ребенка?
— Хочу… Но я не осмелился бы спросить сам, — Монкада замер, напряженно ожидая, что скажет Дельфина.
— В ту ночь на Сан-Андресе ты заставил меня пережить такое, чего я никогда еще не чувствовала ни к одному мужчине.
— Потому что никто тебя не любил так, как я, — вставил Монкада.
— Когда ты держал меня в своих объятиях, мне хотелось продлить эти мгновения близости с тобой… И когда мы, уставшие от ночи любви, лежали обнявшись, я поняла, что чудо произошло. Ребенок, который растет во мне, — твой, Хоакин. Я это знаю. Теперь мы кровно связаны на всю жизнь, — Дельфина пристально смотрела на Монкаду.
— Нет, это ты открыла для себя только теперь, — сказал Монкада, приподняв ее за подбородок и нежно целуя в губы. — Я это знал уже давно.
Дельфина ответила ему долгим, страстным поцелуем.
Услышав звонок, Кэти легкими шагами прошла в прихожую, мельком взглянула на себя в зеркало, поправляя волосы и только потом открыла дверь. Это был Себастьян.
— Спасибо, что ты пришел, — почти приветливо сказала она.
— По телефону я что-то ничего не смог понять. Объясни, чего ты хочешь? — сухо спросил Себастьян. — Я сегодня дежурю в больнице, так что у меня совсем нет времени.
— Я собираюсь подать в суд, чтобы забрать у тебя Даниэлито, — выпалила Кэти, садясь и кладя ногу на ногу.
— Я ждал чего-то в этом роде… Но у тебя ничего не получится, — усмехнулся Себастьян.
— Увидим! Я заручилась поддержкой очень влиятельных людей, но мне хотелось бы договориться по-хорошему, прийти к джентльменскому соглашению, — сказала Кэти, разглядывая свои стройные ноги в обтягивающих черных брюках.
— С тобой невозможно ни о чем договориться! Я не отдам тебе Даниэлито, — отрезал Себастьян.
— Ты не понимаешь, что судья будет на моей стороне… Ребенку нужна мать, — убежденно произнесла Кэти.
— У Даниэлито есть мать — Мария Алехандра, — не менее убежденно отозвался Себастьян.
— Вот как? — с усмешкой взглянула на него Кэти. — А на сколько ее хватит?
— О чем это ты? — не понял Себастьян.
— Сколько продлится ваш брак? Через какое время Мария Алехандра оставит тебя… ради другого мужчины? — прищурила глаза Кэти.
— На что ты намекаешь? — задохнулся от возмущения Себастьян.
— Ни на что. Просто я сильно сомневаюсь, что твой брак окажется прочным, — Кэти искоса посмотрела на Себастьяна.
— Не все женщины похожи на тебя, — раздраженно произнес Себастьян.
— Вот тут ты прав! Я, по крайней мере, всегда была с тобой откровенна, — с издевкой сказала Кэти.
— Говори ясно, черт возьми! — не выдержав, Себастьян крепко сжал руку Кэти выше локтя и повернул свою бывшую жену к себе лицом.
— Отпусти! — дернулась от него Кэти.
— Послушай, Кэти, предупреждаю тебя… Тебе не удастся поссорить меня с Марией Алехандрой! Так что придумай что-нибудь другое, это у тебя не пройдет! — Себастьян встряхнул Кэти и разжал руку.
— Время нас рассудит… Меня беспокоит только судьба моего сына! — заявила Кэти.
— Ха! Не смеши меня! — с сарказмом отозвался Себастьян.
— Смейся на здоровье!.. Но я не хочу, чтобы Даниэлито стал свидетелем того, как рушится твоя новая «семья». Я знаю много такого, Себастьян, о чем ты и не подозреваешь. Твоя жена — совсем не такая, как ты о ней думаешь… Не спрашивай меня, откуда я это знаю, я все равно тебе не скажу. Я предоставляю тебе возможность убедиться самому. Так ты не сможешь обвинить меня ни в чем в будущем, — с деланным негодованием сказала Кэти.
Себастьян хотел было что-то ответить, но передумал. Бросив на Кэти презрительный взгляд, он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Кэти потянулась в кресле и довольно улыбнулась. Ей опять удалось вывести Себастьяна из себя.
— Вот именно так он и сказал падре Фортунато, — Эулалия положила руку на колено Марии Алехандры.